2 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

С Типиконом не забалуешь! Это вам не какой-то Бог любви

uCrazy.ru

  • Войти через Соц.сети
  • Регистрация
  • Забыли пароль?

Навигация

  • 3D игры
  • Фотоприколы
  • Фотоподборки
  • Гифки
  • Демотиваторы
  • Видео
  • Знаменитости
  • Интересное
  • Фильмы и трейлеры
  • Анекдоты и истории
  • Хайтек
  • Авто / Мото
  • Спорт
  • Музыка
  • Флеш игры и ролики
  • Всячина
  • Животные
  • В хорошие руки
  • Жесть
  • Девушки
  • Конкурс
  • Новости сайта
  • On-Line Игры
  • Реклама на сайте

ЛУЧШЕЕ ЗА НЕДЕЛЮ

  • Домашняя работа
  • ДомНю
  • Немного картинок для настр.
  • БезпронЧикcы
  • Главный калибр
  • Его нашли только через нес.
  • дело к ночи.
  • Немного картинок для настр.
  • Юмор в картинках
  • MILF
  • Немного картинок для настр.
  • Фотачки
  • Не очень адекватный юмор
  • HomeMade
  • Бредзона
  • ДомНю
  • Шутки про современных деву.
  • Прикольные и просто красив.
  • HomeMade
  • засветили
  • Есть еще лучше!

ОПРОС

СЕЙЧАС НА САЙТЕ

  • 1 VIP

КАЛЕНДАРЬ

Сегодня день рождения

― Всё бы им на русским человеком издеваться! Ездят как на тракторе! Я еле ногу разместил, а немец дёрнул — я её ещё сильнее поломал.

― Это не «заело», это «хаус», в моём противоречивом прошлом — молодёжная эстрада.

― Я — князь Мышкин, сирота и программист по образованию, и практически исцелённый от целого ряда нервных недугов. Меня доктор Шнейдер, главный специалист по мозгам в Европе, успешно реабилитировал.

― Мама и папа познакомились во Франции, в Париже. Он шёл по улице и круассан ел, а она чужие франки потеряла и собиралась на себя руки наложить. Он её в кафе отвёл — абсента попить. Через семь месяцев я родился.

― А потом?
― А потом все умерли. А я в клинику лёг на анализы. На восемь лет.

― За Настасью Филипповну, зазнобу мою! Страдаю я от любви. за любовь пострадал. От гнева отцовского, как партизан, в горах Швейцарских скрывался.

― Так что же это за Настасья Филипповна?
― О, брат. Тебе-то самому зачем?
― Вы, Парфён Рогожин, можете совершенно не волноваться. У меня от таблеток — никакого энтузиазма к женщинам.

― У меня почти то же самое. Когда я трезвый, я их практически не замечаю. Зато когда я выпью, энтузиазма значительно больше.

― Стою я у своего головного офиса, не поверите, трезвый как стекло. А она на светофоре дорожку переходит. Ножками своими нежными переступает. В одной ручке бутылочка водочки 0.75, в другой — конфетка. Я так и обомлел. Полдня на этом светофоре и простоял. Думал обратно пойдёт — похмеляться.

― Клевета! Я, дорогой, вам травмы сейчас нанесу.

― А в магазине я с маклером встечался, меня папа послал. Очень папа просил один пароход купить. Так я маклера прогнал. И пароход не купил.

― А купил магазин. И подарил магазин Настасье Филипповне, чтобы она всю жизнь в моих туфельках чокать могла. Но к папе я уже после этого не поехал. Потому что папа с моим братом Серёгой меня всенепременно бы утопили в пруду.

― Так я стал милионшиком. А на эти нечаяные капиталы, я своей ненаглядной Настасье Филипповне куплю чисто три казино. И баню.

― Но, после нашей с вами, Парфён Семёныч, сказочной встречи, я намерен предложить себя вам в помощники.

― Широкий ты человек.

― Я тоже всегда волнуюсь перед встречей с братом Серёгой. Он такой выдумщик.

― Так. Чем могу служить?
― Я состою в связи с вашей супругой.
― Увольте, все связи моей супруги я помню и контролирую. Однако о вас мне не докладывали.

― Потому что ещё один, Аристарх Никодимыч, тот что по мэриям и судам доказывал, что мы князья столбовые, и то, что нам пол севера и пол юга принадлежат, в прошлом месяце под молоковоз попал. Вышел за молоком, и — хрусть! Мне об этом трагическом событии из дворянского собрания отписали.

― Вот оно как. Да ты, брат, дурачок, видно.
― От вас ничего не утаишь. На то вы и генерал.

― Зачем же? Я и сам способен устроиться.
У меня три дочери. Тоже дуры набитые. Вдруг вы где случайно друг на друга наткнётесь. Дети дураками получатся.

― Оно, конечно, женщина она эффектная. Но она с Тоцким сожительствует. И, говорят, выпивает часто. У меня мама напряглась уже. Как электричество.
― Какая разница, Ганя? Я тебе за ней три вагона тушёнки дам.

― Ты на его брата особо не уповай: Парфён и сам не промах. Помнишь, как он в доктора с нашим котом играл?

― А вы кто?
― Я князь Мышкин.
― А я Лизавета Прокофьевна. Тоже урождённая Мышкина. А это мои белочки: Аглая, Александра и Аделаида. Все на «А». Пойдёмте, милейший. Кофеём побалуемся. И вы нам про житьё ваше скорбное расскажете.

― А что это за музыка?
― Хаус.
― Хаус. Это средневековье. Вы знаете, мне тоже нравится. Я девушка романтичная. Мне всё необычное нравится. В стиле «ретро».

― Небось, наркоман? У нас, у Мышкиных, все наркоманы. Вот мой дядька, например, Полуэкт Вениаминыч, с утра до поздней ночи жрал колёса. Пока не сдох окончательно. А моя двоюродная бабка была марафетчицей. Правда, она и сейчас жива и здорова. Ей триста лет. Таковы парадоксы природы семейства Мышкиных.

― Нет, я таблетки не люблю. Я ими давлюсь. Мне больше нравится рыбок разводить. Так что я в наркотиках совсем не нуждаюсь. Я и без них вижу жизнь. живописной. У меня и справка есть.

― Какой вы искренний человек. Как пожарный.

― Хорошо. Я расскажу вам безумно грустную историю трагедии и жизни девушки Марии.

― Я вами доведена до Точки Сборки. Вы меня под Пинк Флойд невинности лишили и к дзэн-буддизму пристрастили, а сами жениться на другой задумали! Я вас наверняка в подъезде серной кислотой оболью. В суд подам! За растление несовершеннолетней гражданки Украины. То есть, меня.

― Никакой посторонней женитьбы! И деньги тут ни при чём. Я ими и пользоваться не умею.

― Не пьёшь?
― Не пью.
― Тогда проходи. Как поняла, жить здесь будете?
― Буду. Только вы мне особенно увлекаться не давайте.
― Чем?
― Да, собственно говоря, всем.

― О! Как вырос наш кобелёк! Помню! Помню, помню как твою жопку обосранную мыл в Баден-Бадене на родниках.
― Да не был я никогда в Баден-Бадене.
― А где был?
― В Ницце был.
― Помню. Помню, как в Ницце тебе жопку обосранную мыл на родниках.
― Да с чего это вы взяли, что я беспрерывно какался? С детства у меня такой привычки не было — под себя ходить.

― Да, это мама моя и сестрица Варя. Мама очень добрая. А Варя — задумчивая.

― Варюшка на математических олимпиадах всегда призы брала. А в последний раз на главный приз подарили живого ослика. Так мы его свежими овощами кормили.
― А потом он сдох и мы его во дворе детскими совками четыре часа закапывали.
― А теперь там, на этом месте, яблонька выросла.

― Ну, что, сволочь столичная! Знакомиться будем?
― Чем обязаны, Настасья Филипповна? Вы, я слышу, основательная датая. Поскандалить изволите или, так, от чистого сердца?
― Поскандалить.

― Товарищи, мы здесь говорим, а там всё стоит!
― Что стоит?
― Всё стоит!

― Королевна моя! Снегурочка! Поехали голыми на пароходе кататься, жопками плотву погоняем! Как! И вы здесь, жемчужина моя? Дайте-ка я вас немедленно поцелую!

― Чем обязан?
― Обязан! Ещё как обязан! Помнишь, ты у меня на кремацию мамы денег занимал? А мама-то жива! Вот я и пришёл тебя поздравить и денежки свои вернуть. Давай-ка мои денежки!
― Какие денежки, Ганя? Зачем тебе денежки?

― Это всё ложь! Дикая, наиковарнейшая ложь!

― Гавриил Ардалионович, нельзя женщин обижать! Да и ещё и на людях!
― Тогда тебя, идиот!
― Ой.
― Порву за князя, за Льва Николаевича! Пацаны! Мордуй всех живых!

― Тигрица моя, вот это веселье! Я тебе сегодня вечером ведро денег принесу, если ты за меня пойдёшь в ЗАГС!
― Я подумаю. Милости прошу сегодня вечером к себе на коктейль.

― Хорошо у вас, но пора. Дочь ваша, Варя, чудо как хороша. Как работает левой снизу! А сын всё-таки дрочила.

― Спасибо, князь. Вы настоящий дворянин. И программист. Кушайте на здоровье.
― Мне бы помыться, а то от меня котиками пахнет.
― Пойдёмте, голубчик, я вам шампуня дам. От перхоти.

― Поехали. Только за виски заплати. Потому что у меня платиновый «Американ Экспресс». Не везде принимают. Тем более в этом гадюшнике, где я оставил все свои военные накопления.

― Как вы определяете, где вы находитесь?
― По приборам. У, ты, ёлки-палки! Опять корову сбил! Бардак устроили. Ходят, где попало.
― А откуда здесь коровы?
― Со стороны Смоленска идут. Там лесные пожары. А ещё кабаны. Лоси.

― А вы пить не будете? Драться не будете?
― Я, голубчик, не пью, не курю, не колюсь и не нюхаю. И компьютером не увлекаюсь. А уж драться я совсем не пристрастен.
― Исключительный вы человек.

― Я, в отличие от некоторых пожилых генералов, правды о себе сказать не боюсь. Я и сам воплощённая Правда и Честь. Жил я, малыш 25-летний, как голь перекатная.

― Два дня до этого у Марины зависал, в половых излишествах и беспробудном алкоголизме.

Читать еще:  Современное монашество: Любовь рождается в атмосфере любви. Рассказы о любви Любовь монаха в монастыре

― Ванюша. В этой жизни есть три вещи, которые я люблю: тебя, сгущёнку, и свою кареокую Ларису. Я тут написал ей письмо о своей беспощадной любви. Передай, брат, ей это письмо. А я тебя прикрою.

― Так вот что я вам скажу, господа генералы. Замуж мне недосуг. Пошли вы все в жопу. За нашу с тобой свободу, Ганя!

― Князь. Зачем вам это? Я же вас попутаю до смерти. И на что мы будем кушать и вам пилюльки покупать?
― Почему? У меня очень много денег. Больше, чем у всех.
― Брехня!
― Вы помните я вас рассказывал историю про своего дядю Aристарха? Так вот. Перед самой смертью ему удалось выиграть один суд на право князей Мышкиных на какую-то кимберлитовую трубку в земле, где алмазы добывают. Всю трубку нам не отдали. Отдали 10%. Доход 4 миллиона ежемесячно. Что с ними делать — ума не приложу. Хотел открыть цирк для бедных детей, в Цюрихе, но по-моему, ещё останется.

― Ганя! Правду говорят, что вы за рубль родину продадите?
― Продаст! Ну, за рубль, может, не продаст, но за два точно.

― А молодые как?
― Вы о Рогожине и этой дикой женщине?
― Да.
― Всё, сливайте воду.

― Бедный. Бедный человек. Какой он бедный человек. Где он? Надо подставить ему плечо. Бросить спасательный круг человеческого сострадания.

― Не расстраивайтесь, Парфён Семёнович. При ваших красоте и остроумии вы ещё найдёте своё счастье.

― Жалко мне её до слёз. Не пойму отчего, но как первый раз в глаза её взглянул, так сразу понял, что это очень несчастная и одинокая гражданка.

― Этот придурок поехал на рынок у ДК «Горбунова», и купил там гранату. Вместо того, чтобы поехать на нормальный рынок и купить там пистолет.

― Правда, красиво?
― Очень красиво!
― Я всегда здесь останавливаюсь. и писаю. Я и сейчас с вами пописаю за компанию.
― Какой фантастический вид!

― Это крайне важно. У меня вот одна знакомая так по незнанию замуж вышла. и ей очень не понравилось.
― Как же быть?
― Надо много практиковаться.

― Со свадебным путешествием — поаккуратнее. Я тут недавно видел сверхсекретные карты генштаба. Там нет Америки. Так что рекомендую Белое море. Возьмёте байдарки и вёслами — шлёп-шлёп.

― Эх. Ничего не понимаю. Надо слесаря по компьютерам вызывать — наверное, сломался.

― Князь. Конечно, она права. Они все правы, конечно. Но я не виновата, честное слово, не виновата, я как и все, хочу любить. Ну, что же мне делать?
― Бедная. Бедная! Бедная моя! Бедная моя.

Сказочный долбоёб! Зачем его только из больницы выпустили?
― Смерть эксплуататорам и программистам!

― Тучки небесные, вечные странники.
― Всего хорошего, товарищи.
― Нет, спасибо. Меня и так прёт — наяву. Без всякого компота.

― Да. По всему видно — хороший раствор

― Определенно, не всё в порядке. Может, заранее скорую вызвать? Мы и потащимся, и спасёмся заодно.

― Вы не бойтесь, я этот раствор знаю. С ним всегда такой приход.
― Я готов слушать вас всю свою биографию.

― Наркотикам — нет! Что такое наркотики? Разве это удовольствие? Хаос один! И кто их придумал? Хиппи некультурные. А водку? Сам Менделеев! Великий учёный. Отец всей химической таблицы элементов. Светоч.
― Великий ум.

А настоящая водка — это не пьянство, а ключ к своей совести. С неё-то и начинается настоящая мудрость.

― Сохну я без любви.

― В конце концов, я дуло ей в рот вставил и на курок нажал. Чё-то накатило.

― Где она? Я хочу последний раз поцеловать её.
― В спальной. Иди, лобызайся. Я всё понимаю.

― Красота спасёт мир.

«Люди будут падать»

25 лет назад болгарская провидица четко описывала и симптомы этой «страшной болезни». Она говорила, что «люди будут падать прямо на улицах, без видимой причины, и погибать». Примерно так и происходит: заразившись COVID-19, человек начинает моментально слабнуть, отчего происходит и то, о чем говорила Ванга.

Прогноз провидицы оказался не самым радостным. Она заявила, что эта чума унесет не один миллион человеческих жизней, распространившись по кругу. Собственно, очевидцами исполнения этого пророчества мы с вами сейчас и являемся.

Матершиники серебянного века: Есенин, Пушкин, Лермонтов, Маяковский — стихи без цензуры (12 фото)

Есенин С. А. — «Ветер веет с юга и луна взошла»

Ветер веет с юга
И луна взошла,
Что же ты, бл*дюга,
Ночью не пришла?

Не пришла ты ночью,
Не явилась днем.
Думаешь, мы дро*им?
Нет! Других е*ём!

Есенин С. А. — «Не тужи, дорогой, и не ахай»

Не тужи, дорогой, и не ахай,
Жизнь держи, как коня, за узду,
Посылай всех и каждого на *уй,
Чтоб тебя не послали в пи*ду!

Есенин С. А. — «Сыпь, гармоника. Скука… Скука»

Сыпь, гармоника. Скука… Скука…
Гармонист пальцы льет волной.
Пей со мною, паршивая сука,
Пей со мной.

Излюбили тебя, измызгали —
Невтерпеж.
Что ж ты смотришь так синими брызгами?
Иль в морду хошь?

В огород бы тебя на чучело,
Пугать ворон.
До печенок меня замучила
Со всех сторон.

Сыпь, гармоника. Сыпь, моя частая.
Пей, выдра, пей.
Мне бы лучше вон ту, сисястую, —
Она глупей.

Я средь женщин тебя не первую…
Немало вас,
Но с такой вот, как ты, со стервою
Лишь в первый раз.

Чем вольнее, тем звонче,
То здесь, то там.
Я с собой не покончу,
Иди к чертям.

К вашей своре собачьей
Пора простыть.
Дорогая, я плачу,
Прости… прости…

Есенин С. А. — «Осень гнилая давно уж настала»

Осень гнилая давно уж настала
Птицы говно начинают клювать.
На старом заборе ворона насрала
Ну и погода, итить твою мать.

Мне бы женщину — белую, белую
Ну а впрочем какая разница
Я прижал бы ее с силой к дереву
И в задницу, в задницу, в задницу.

Маяковский В. В. «Вы любите розы? А я на них срал»

Вы любите розы?
а я на них срал!
стране нужны паровозы,
нам нужен металл!
товарищ!
не охай,
не ахай!
не дёргай узду!
коль выполнил план,
посылай всех
в пи*ду
не выполнил —
сам
иди
на
*уй.

Маяковский В. В. — «Гимн онанистов»

Мы,
онанисты,
ребята
плечисты!
Нас
не заманишь
титькой мясистой!
Не
совратишь нас
пи*довою
плевой!
Кончил
правой,
работай левой.

Маяковский В. В. — «Кто есть бл*ди»

Не те
бл*ди,
что хлеба
ради
спереди
и сзади
дают нам
е*ти,
Бог их прости!
А те бл*ди —
лгущие,
деньги
сосущие,
еть
не дающие —
вот бл*ди
сущие,
мать их ети!

Маяковский В. В. — «Лежу на чужой жене»

Лежу
на чужой
жене,
потолок
прилипает
к жопе,
но мы не ропщем —
делаем коммунистов,
назло
буржуазной
Европе!
Пусть *уй
мой
как мачта
топорщится!
Мне все равно,
кто подо мной —
жена министра
или уборщица!

Маяковский В. В. — «Эй, онанисты»

Эй, онанисты,
кричите «Ура!» —
машины е*ли
налажены,
к вашим услугам
любая дыра,
вплоть
до замочной
скважины.

Пушкин А. С. — «Телега жизни»

С утра садимся мы в телегу,
Мы рады голову сломать
И, презирая лень и негу,
Кричим: пошёл! Е*ёна мать!

Пушкин А. С. «От всенощной вечор…»

Молчи ж, кума; и ты, как я, грешна,
А всякого словами разобидишь;
В чужой пиз*е соломинку ты видишь,
А у себя не видишь и бревна!

Пушкин А. С. «Рефутация г-на Беранжера»

Ты помнишь ли, ах, ваше благородье,
Мусье француз, говенный капитан,
Как помнятся у нас в простонародье
Над нехристем победы россиян?
Хоть это нам не составляет много,
Не из иных мы прочих, так сказать;
Но встарь мы вас наказывали строго,
Ты помнишь ли, скажи, е*ена твоя мать?

Ты помнишь ли, как за горы Суворов
Перешагнув, напал на вас врасплох?
Как наш старик трепал вас, живодеров,
И вас давил на ноготке, как блох?
Хоть это нам не составляет много,
Не из иных мы прочих, так сказать;
Но встарь мы вас наказывали строго,
Ты помнишь ли, скажи, е*ена твоя мать?

Ты помнишь ли, как всю пригнал Европу
На нас одних ваш Бонапарт-буян?
Французов видели тогда мы многих жопу,
Да и твою, говенный капитан!
Хоть это нам не составляет много,
Не из иных мы прочих, так сказать;
Но встарь мы вас наказывали строго,
Ты помнишь ли, скажи, е*ена твоя мать?

Ты помнишь ли, как царь ваш от угара
Вдруг одурел, как бубен гол и лыс,
Как на огне московского пожара
Вы жарили московских наших крыс?
Хоть это нам не составляет много,
Не из иных мы прочих, так. сказать;
Но встарь мы вас наказывали строго,
Ты помнишь ли, скажи, е*ена твоя мать?

Ты помнишь ли, фальшивый песнопевец,
Ты, наш мороз среди родных снегов
И батарей задорный подогревец,
Солдатской штык и петлю казаков?
Хоть это нам не составляет много,
Не из иных мы прочих, так сказать;
Но встарь мы вас наказывали строго,
Ты помнишь ли, скажи, е*ена твоя мать?

Ты помнишь ли, как были мы в Париже,
Где наш казак иль полковой наш поп
Морочил вас, к винцу подсев поближе,
И ваших жен похваливал да е*?
Хоть это нам не составляет много,
Не из иных мы прочих, так сказать;
Но встарь мы вас наказывали строго,
Ты помнишь ли, скажи, е*ена твоя мать?

Михаил Лермонтов — «Он был в краю святом»

Он был в краю святом,
На холмах Палестины.
Стальной его шелом
Иссекли сарацины.

Понес он в край святой
Цветущие ланиты;
Вернулся он домой
Плешивый и избитый.

Неверных он громил
Обеими руками —
Ни жен их не щадил,
Ни малых с стариками.

Встречаясь с ним подчас,
Смущалися красотки;
Он пиз*ил их не раз,
Перебирая четки.

Вернулся он в свой дом
Без славы и без злата;
Глядит — детей содом,
Жена его брюхата.

Пришибло старика:
За что ж с врагами бился?
Он дрался там пока —
С женой другой скоблился

Читать еще:  Свято лукианова пустынь мужской монастырь. Лукианова пустынь - мужской монастырь

Цитаты Набокова

Подготовил: Дмитрий Сироткин

Представляю вам подборку цитат писателя Владимира Набокова (1899—1977).

Широкую известность он приобрел благодаря скандальному роману «Лолита», а вот Нобелевскую премию так и не приобрел.

Цитаты сведены по темам: о себе, литература, жизнь, любовь, человеческие проявления, жизненная этика, брак и семья, политика, память, смерть, знаки пунктуации, счастье, секс, люди.

О себе

Я американский писатель, рождённый в России, получивший образование в Англии, где я изучал французскую литературу перед тем, как на пятнадцать лет переселиться в Германию.

Моя голова разговаривает по-английски, моё сердце — по-русски, и моё ухо — по-французски.

Я мыслю как гений, пишу как выдающийся писатель и говорю как ребенок.

В мире нет ни одного человека, говорящего на моем языке; или короче: ни одного человека, говорящего; или еще короче: ни одного человека.

Учителей у меня не было, но некоторое родство я признаю – например, с Прустом…

Моя личная трагедия, которая не может, которая не должна быть чьей-либо еще заботой, состоит в том, что мне пришлось оставить свой родной язык, родное наречие, мой богатый, бесконечно богатый и послушный русский язык ради второсортного английского.

Когда я пишу? Всегда, когда мне этого хочется. Я записываю стенографически – иногда на скамейке в саду, или в парке, или в автомобиле, или в постели. Я всегда пишу карандашом на справочных карточках.

Я всегда был скверным оратором. Мой словарный запас обитает глубоко в сознании, и чтобы выползти в область физического воплощения, ему необходима бумага. Спонтанное красноречие представляется мне чудом.

Я не думаю ни на одном языке. Я думаю образами. Я не верю, что люди думают на языках. Нет, я думаю образами, и лишь иногда русская или английская фраза вспенится мозговой волной, но вот, пожалуй, и все.

Я горжусь тем, что никогда не стремился к признанию в обществе. Я никогда в жизни не напивался. Никогда не употреблял мальчишеских слов из трех букв. Никогда не работал в конторе или угольной шахте. Никогда не принадлежал к какому-либо клубу или группе. Я не рыбачу, не готовлю еду, не танцую, не рекомендую книги, не даю автографов, не подписываю декларации, не ем устриц, не хожу в церковь, не посещаю психоаналитиков и не принимаю участия в демонстрациях. Ни одно учение или направление никогда не оказывали на меня ни малейшего влияния. Ничто не утомляет меня больше, чем политические романы и литература социальной направленности.

Никак не удается мне вернуться в свою оболочку и по-старому расположиться в самом себе, — такой там беспорядок: мебель переставлена, лампочка перегорела, прошлое моё разорвано на клочки.

О литературе

Великая литература идёт по краю иррационального.

Надо помнить, что искусство движется всегда против солнца.

Мне думается, что в этом смысл писательского творчества: изображать обыкновенные вещи так, как они отразятся в ласковых зеркалах будущих времен.

Искусство — божественная игра. Эти два элемента — божественность и игра — равноценны. Оно божественно, ибо именно оно приближает человека к Богу, делая из него истинного полноправного творца. При всем том искусство — игра, поскольку оно остается искусством лишь до тех пор, пока мы помним, что в конце концов это всего лишь вымысел.

Книги, которые вы любите, нужно читать, вздрагивая и задыхаясь от восторга.

Высшая мечта автора: превратить читателя в зрителя.

Писатель должен оставаться за пределами создаваемой им условности: не вне собственного творчества, но вне жизни, в ловушки которой он не должен попадаться. Короче говоря, он словно Бог, который везде и нигде. Это формулировка Флобера. Все, хоть чего-то стоящие писатели, – юмористы. Я не П. Г. Вудхауз. Я не клоун, но покажите мне великого писателя без чувства юмора.

Идеологическая отрава — пресловутая «идейность» произведения (если прибегнуть к понятию, изобретенному современными критиками-шарлатанами) начала подтачивать русскую прозу в середине прошлого века и прикончила её к середине нашего.

Я думаю, что и сейчас по-русски кое-кто пишет неплохо. К примеру, Мандельштам, умерший в концентрационном лагере, был замечательным поэтом, но литература не может процветать, когда ограничивают человеческое воображение.

Я не в восторге от «Доктора Живаго». По сути дела, Пастернак путает советскую революцию с либеральной революцией.

Русские переводчики с английского — ослы просвещения.

О жизни

Жизнь — только щель слабого света между двумя идеально черными вечностями.

И вообще, мир — это, знаете, дерьмо.

Трёхсложная формула человеческой жизни: невозвратность прошлого, ненасытность настоящего и непредсказуемость будущего.

Нельзя строить жизнь на песке несчастья.

Нет ничего ближе к опровержению основных законов физики, чем умышленная езда не по той стороне.

Эволюция смысла в некотором смысле является эволюцией бессмыслицы.

Все в мире прекрасно, но человек только тогда признает прекрасное, когда видит его либо редко, либо издалека.

Тогда я почувствовал нежность мира, глубокую благость всего, что окружало меня, сладостную связь между мной и всем сущим — и понял, что радость, которую я искал в тебе, не только в тебе таится, а дышит вокруг меня повсюду, в пролетающих уличных звуках, в железном и нежном гудении ветра, в осенних тучах, набухающих дождем.. Я понял, что мир вовсе не борьба, не череда хищных случайностей, а мерцающая радость, благостное волнение, подарок, не оцененный нами.

Бывают такие мгновения, когда все становится чудовищным, бездонно-глубоким, когда кажется так страшно жить и еще страшнее умереть.

Если в первом действии висит на стене ружье, то в последнем оно должно дать осечку.

О любви

Мечта и действительность сливаются в любви.

Густое счастье первой любви неповторимо.

Убить её, как некоторые ожидали, я, конечно, не мог. Я, видите ли, любил её. Это была любовь с первого взгляда, с последнего взгляда, с извечного взгляда.

Духовное и телесное сливалось в нашей любви в такой совершенной мере, какая и не снилась нынешним на все просто смотрящим подросткам с их нехитрыми чувствами и штампованными мозгами.

Мы любили преждевременной любовью, отличавшейся тем неистовством, которое так часто разбивает жизнь зрелых людей.

Перемена обстановки — традиционное заблуждение, на которое возлагают надежды обреченная любовь и неизлечимая чахотка.

Всегда есть наслаждение в кружевной вуали, сквозь которую глаза, знакомые только тебе, избраннику, мимоходом улыбаются тебе одному.

О человеческих проявлениях

Следует отличать сентиментальность от чувствительности. Сентиментальный человек может быть в частной жизни чрезвычайно жестоким. Тонко чувствующий человек никогда не бывает жестоким.

Он был из тех впечатлительных людей, которые краснеют до слез от чужой неловкости.

Есть люди, которые живут именно глазами, зрением, — все остальные чувства только послушная свита этого короля чувств.

О, дайте мне хоть разок посентиментальничать. Я так устал быть циником!

Если один мужчина шлепает другим об пол, как тряпкой, он страстен до жути.

О жизненной этике

Я же всегда выбирал нравственную гигиену невмешательства.

Лучшая реакция на вражескую критику — улыбнуться и забыть.

Трусы мечты не создают.

На свете нет ничего столь же мне ненавистного, как коллективная деятельность, эта коммунальная помывочная, где скользкие и волосатые мешаются друг с другом, только увеличивая общий знаменатель бездарности.

Когда год за годом твердишь о своем намерении что-то сделать и тебе уже тошно оттого, что никак не можешь на это решиться, гораздо проще убедить всех, что ты уже это свершил, – и до чего же приятно забыть наконец всю историю!

О браке и семье

В любви нужно быть как сиамские близнецы: один чихает, когда другой нюхает табак.

Брачная ночь выдалась довольно забавная, и моими стараниями дура моя к утру была в истерике.

Балуйте детей, господа! Никто не знает, что их ожидает в будущем.

Современные наши понятия об отношениях между отцом и дочерью сильно испакощены схоластическим вздором и стандартизированными символами психоаналитической лавочки.

Удивительно, как трудно что-нибудь спрятать — особенно когда жена только и делает, что переставляет вещи.

О политике

Желания мои весьма скромны. Портреты главы государства не должны превышать размер почтовой марки.

Исполнительная власть да покорится власти законодательной!

Я никогда не вернусь, по той простой причине, что вся Россия, которая мне нужна, всегда со мной: литература, язык и мое собственное русское детство. Я никогда не вернусь. Я никогда не сдамся. И в любом случае гротескная тень полицейского государства не будет рассеяна при моей жизни.

О памяти

Чем больше вы любите воспоминание, тем более сильным и удивительным оно становится.

Память воскрешает все, кроме запахов, и зато ничто так полно не воскрешает прошлого, как запах, когда-то связанный с ним.

Память, сама по себе, является инструментом, одним из многочисленных инструментов, используемых художником; и некоторые воспоминания, скорее интеллектуального, чем эмоционального характера, очень хрупкие и часто теряют аромат реальности, когда романист погружает их в свою книгу, когда их отдают персонажам.

О смерти

Знаешь, ужасно в смерти то, что человек совсем предоставлен самому себе.

Жизнь — большой сюрприз. Возможно, смерть окажется ещё большим сюрпризом.

О знаках пунктуации

Многоточие — это следы на цыпочках ушедших слов.

Я часто думаю, что необходим специальный знак пунктуации для улыбки — некая вогнутая линия или лежащая на боку круглая скобка.

О счастье

Шелестящее, влажное слово «счастье», плещущее слово, такое живое, ручное, само улыбается, само плачет.

Каждый отдельный день в году подарен одному только человеку, самому счастливому; все остальные люди пользуются его днем, наслаждаясь солнцем или сердясь на дождь, но никогда не зная, кому день принадлежит по праву, и это их незнание приятно и смешно счастливцу.

О сексе

В моих гигиенических сношениях с женщинами я был практичен, насмешлив и быстр.

Самое звучание слова «секс», с его по-змеиному пришипившейся пошлостью и с кошачьим «кс-кс» на конце, представляется мне до того бессмысленным, что я поневоле сомневаюсь, что за этим словом стоит какое-нибудь настоящее значение.

О людях

В каждом человеке в той или иной степени противодействуют две силы: потребность в уединении и жажда общения с людьми.

Замечательная человеческая особенность: можно не знать, что поступаешь хорошо, но нельзя не знать, что поступаешь плохо.

О разном

Кто бреется, тот каждое утро молодеет на день.

К Богу приходят не экскурсии с гидом, а одинокие путешественники.

Когда дикое ущелье превращается в курорт, орлы улетают.

Читать еще:  Что считать грехом. Полный список грехов

Странно, что вот деньги есть, а мечта остается мечтой.

Они говорили мало, говорить было слишком темно.

Истина – одно из немногих русских слов, которое ни с чем не рифмуется.

Любопытство – это высшая форма неповиновения.

Гений, это негр, который во сне видит снег.

Я люблю шахматы, однако обман в шахматах, так же как и в искусстве, лишь часть игры; это часть комбинации, часть восхитительных возможностей, иллюзий, мысленных перспектив, возможно, перспектив ложных. Мне кажется, что хорошая комбинация должна содержать некий элемент обмана.

Стоит заметить, что Набоков обычно критично оценивал творчество других писателей. Возможно, еще и в этом отношении в свое время было сказано, что в русской литературе появился новый Тургенев, который, как известно, также отличался повышенной критичностью.

Так или иначе, но критикуемые писатели-современники как правило отвечали Набокову тем же, что хорошо просматривается в приведенных ниже цитатах:

Цитаты про Набокова

  • И. Бунин: Какой мошенник и словоблуд (часто косноязычный).
  • М. Цветаева: Какая скука — рассказы в «Современных записках» — Ремизова и Сирина [Набокова]. Кому это нужно? Им меньше всего и именно поэтому — никому.
  • А. Солженицын: Я всегда считал его писателем гениальным, в ряду русской литературы — необыкновенным, ни на кого не похожим. Сетовал я, еще в СССР: зачем не пошел он по главной дороге русской истории? вот, мол, оказался на Западе — выдающийся и свободный русский писатель, тотчас после революции, — и отчего ж он — как и Бунин, как и Бунин! — не взялся писать о гибели России? Чем другим можно было жить в те годы? Набоков покинул даже русский язык. Для тактического литературного успеха это было верно, чту могла обещать ему эмиграция на 40 лет вперед? Он изменил не эмиграции — он уклонился от самой России.
  • И. Бродский: Это замечательный писатель, на мой взгляд. Мне сорок девять лет, и читать его на сегодняшний день я почти уже не в состоянии. Но когда мне было тридцать лет… Думаю, что я знаю, в чем было дело с Набоковым, ибо его главное внутреннее стремление было стать (или быть) поэтом. Он оказался первым человеком, который осознал, что поэта из него не получилось. Тем не менее, когда вы читаете его романы (я заметил довольно интересную вещь — все они как бы о двойнике, о втором варианте, о зеркальном отражении, то есть об альтернативе существования), центральный образ всегда двоится. И мне пришло в голову, что, может быть, совершенно подсознательно в Набокове срабатывает принцип рифмы. Вот и все.
  • А. Генис: Я всегда считал, что главная проблема Набокова в том, что он не создал ни одного яркого персонажа, нет у него великого героя. У него вместо такого героя дырка, в которую вставляет свою голову читатель. Но даже Лолита — не персонаж, а сексуальная фантазия мужчины средних лет.

Далее вы можете перейти к другим подборкам цитат:

  • цитаты Бунина
  • цитаты Андреева
  • цитаты Цветаевой
  • цитаты Булгакова
  • цитаты Бродского
  • цитаты Довлатова

Буду признателен, если вы поделитесь с друзьями ссылкой на статью в социальных сетях. Воспользуйтесь кнопками сетей ниже .

Комментарии также всячески приветствуются!

[править] А на самом деле…

…словосочетание «благородный дон» играло в описываемом мире ту же самую роль, что слово «товарищ» в Речи Посполитой, в которой «товарищами» именовали ясновельможных панов, обращающихся к магнатам «пан-брат». Или «мистер» в мире американском. Ну, за тем только исключением, что товарищами и мистерами могут быть все подряд, а благородные доны всё-таки отличаются от серых мужиков. Фразы же в стиле «И вообще, я совершенно не вижу, почему бы благородным донам не » есть личная манера выражаться благородного дона Сэры.

О любви и отношениях

Встреча двух личностей подобна контакту двух химических веществ: если есть хоть малейшая реакция, изменяются оба элемента

Здоровый человек не издевается над другими. Мучителем становится перенесший муки.

Где правит любовь, там нет желания властвовать, и где господство власти, там нет любви. Любовь — тень власти.

Одиночество обусловлено не отсутствием людей вокруг, а невозможностью говорить с людьми о том, что кажется тебе существенным, или неприемлемостью твоих воззрений для других.

Если бы люди больше осознавали, каким строгим универсальным законам подчиняются даже самые дикие и произвольные фантазии.

Любовь — это не сумасшествие. Уместно ли вообще здесь слово «ум»? Это и свет, и тьма, конца и края которым никогда не будет. И никому не избежать этой таинственной силы.

Мало ценного в том, чтобы знать, когда другой совершает ошибку. Гораздо интереснее знать, когда ты сам совершаешь ее.

…нельзя объяснять человека односторонне — исключительно его теневыми сторонами. В конце концов, важна ведь не тень, а тело, которое эту тень отбрасывает.

Наши личности являются частью окружающего нас мира, и их тайна так же безгранична.

Если человек не осознает внутреннее содержание своей психики, оно влияет на него извне и становится его судьбой

Нельзя оставлять без внимания то, что ложные невротические пути становятся закоренелыми привычками и что, несмотря на всё понимание, они не исчезают до тех пор, пока не заменятся другими привычками, приобрести которые можно только благодаря обучению. Эта работа может осуществляться исключительно через собственное воспитание. Пациент должен быть в полном смысле этого слова «переведён» на другие пути, что может быть осуществлено лишь при наличии у него соответствующего собственного желания.

Мы можем думать, что полностью контролируем себя. Однако друг может без труда рассказать нам о нас такое, о чем мы не имеем ни малейшего представления.

Фанатизм есть признак подавленного сомнения… Если человек действительно убеждён в своей правоте, он абсолютно спокоен и может обсуждать противоположную точку зрения без тени негодования…

Кто знает путь к вечно плодородным краям души? Вы ищете путь лишь в видимости, вы изучаете книги и прислушиваетесь ко всяким мнениям. Что в этом хорошего? Есть только один путь, и это ваш путь.

Все отделены друг от друга тайнами, а через пропасти между людьми ведут обманчивые мосты мнений и иллюзий вместо прочного моста признания.

Думается, вам неоднократно приходилось видеть любящих людей, верящих в свою любовь лишь до тех пор, пока не достигают цели. А затем они отворачиваются, как будто никогда не любили.

При весьма тщательном исследовании выяснилось, что в брак вступают преимущественно люди, относящиеся к разным типам, и причем, как выяснилось, совершенно бессознательно — для взаимного дополнения.

Начинаем заново

Вместо того, чтобы сосредотачиваться на своих грехах, постараемся отдать сердце молитве, Господу. И начнем подвизаться заново. Да, мы все согрешаем по тысяче раз на дню, и потому необходимо постоянно молиться Богу, постоянно! И не отчаиваться. «Господи, я люблю Тебя! Да, я грешу, но продолжаю искать Тебя. Падаю, но зову Тебя. Погрязаю в страстях, но бросаюсь к Твоим ногам. Валяюсь в грязи, но простираю руки за помощью со словами: „Господи, помилуй!“ Снова падаю в грязь и снова зову Тебя».

Поймите, это не противоречивые действия, как может показаться на первый взгляд. Это – борьба, усилие, смирение. Да, такая борьба очень смиряет. Когда ты уже готов сказать: «Всё, больше не могу! Ничего у меня не получается!» – это и есть смирение. А эгоизм – это когда мы хотим стать совершенными, безупречными и безгрешными. Конечно, дай нам Бог стать такими.

«Кто любит брата своего, тот пребывает в свете и нет в нём соблазна», – говорит в своем послании Иоанн Богослов (1 Ин. 2:10). Кто любит – тот не грешит, потому что любит и Господа, и потому становится безгрешным, как Сам Господь. «Сподоби, Господи, вечер сей без греха сохранитися нам», – поём мы на вечерне. И вечер, и утро, и день. Всю жизнь. Значит, можно стать безгрешным, но – не насильно. То есть если просто сказать: «Не буду грешить!» – ничего не получится. А когда любишь Бога, то ничто больше не волнует тебя. Только Господь. И жизнь становится невероятно счастливой, полной радости, ликования и смысла.

Избавиться от пустословия можно, если молиться и прикладывать усилия

Если вопрос, как избавиться от пустословия, возник в душе человека, первый шаг сделан. А без него остальные были бы бесполезными.

Потребуется наступать на проблему с двух сторон: с интеллектуальной и духовной.

Первая — это работа над собой, вторая — помощь Божья.

Работа над собой. Придётся проявлять осознанность, следить за мыслями и словами. Если подловили себя на чём-то плохом, нужно использовать какое-нибудь наказание. Но оно не должно быть бездумным. Например:

  • 500 р. на счёт природоохранного или благотворительного фонда;
  • Безвозмездная услуга любому из своих знакомых или даже незнакомых людей.

Если финансовое положение не позволяет, а природная скромность мешает общению с людьми, то можно за каждый проступок идти в церковь и там просить какое-нибудь задание. В приходе всегда есть, чем заняться, а делать некому. Это будет и материальная, и духовная польза.

Стоит сделать себе какие-нибудь напоминания: верёвочки, фон на мобильном телефоне, предмет на столе. Пусть он напоминает Вам о том, что отныне Вы живёте по-новому и пустословие осталось для Вас позади.

А вообще, правы те, кто говорит, что время на грехи и пустую болтовню есть у тех, кому нечем заняться. Подберите себе увлекательный и полезный труд. Для греха времени не останется.

Помощь Божья. О роли Божьей помощи рассказывает преподобный Тихон Задонский:

«Если язык, не управляемый разумом, бывает виновен во стольких грехах и бедах, мы должны стараться его обуздывать. Но усилие без помощи Божией мало что может, «язык… — неудержимое зло» (Иак. 3, 8), — говорит апостол.

И хотя имеет две ограды — зубы и губы, однако прорывается. Ибо сердце человеческое как переполненный сосуд, изливает все, что не вмещается, и «от избытка сердца говорят уста», по слову Господню (Лк. б, 45).

Потому нужно смиренно молиться всемогущему Богу вместе с Псалмопевцем: «Положи, Господи, охрану устам моим, и огради двери уст моих» (Пс. 140, 3), чтобы исправил как сердце, так и язык — орудие сердца, и научил благовременно и как должно говорить, а чего не должно говорить, о том бы и в сердце не помышлять»

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector