0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Православное богослужебное пение. «Едиными усты и единым сердцем В православной церкви род богослужебного песнопения

Песнопения в Церкви: как различить и как звучат? (+ АУДИО)

Сегодня в музыкальной гостиной начинается образовательный цикл по Литургическому музыковедению. Все лекции основываются на фундаментальном труде «Богослужебное пение Русской Православной Церкви» Ивана Алексеевича Гарднера — выдающегося русского ученого-историка, палеографа, археолога, жившего в XX веке. Эти лекции были подготовлены для учащихся школы духовного пения при храме святой мученицы Татианы преподавателем школы Сергеем Юрьевичем Маркеловым.

Сегодня мы познакомимся с основными видами литургических песнопений.

История богослужебного пения

Всякий человек, приходя в храм, открывает для себя дивный мир богослужебного искусства — иконописи, архитектуры, поэзии и, конечно — пения.

Искусство это обладает огромной притягательной силой, секрет же этой притягательности в том, что церковное, богослужебное искусство соединяет в себе несоединимое (по человеческим представлениям): с одной стороны, любой род богослужебного искусства строится по вековым, тысячелетним канонам, строго и подробно разработанным, содержащим много весьма жестких ограничений… Но для истинного гения они становятся не оковами, мешающими «свободе самовыражения», а трамплином для взлета к поистине небесным высотам!

Канон не ограничивает истинные таланты, наоборот, становится, образно выражаясь, единообразной оправой, в которой сияют дивные самоцветы: вдохновенные и смелые тексты — стихиры, кондаки Космы Маиумского, Андрея Критского, Романа Сладкопевца, Афанасия (Сахарова); солнечные и ликующие мозаики Равенны IV века, целомудренные и сосредоточенные фрески Дионисия и «Троица» прп.Андрея Рублева.

Еще в церковном искусстве привлекает его удивительная деликатность: прп. Андрей Рублев вряд ли писал «Троицу» с мыслью, что создает величайший шедевр. Никогда произведения истинно церковного искусства не будут самодовлеющими, а будут, скорее, прикладными. И их дивная красота и гармония являются, можно сказать, «побочным эффектом», а на самом деле, приношением верующих сердец творцов этого искусства Первоисточнику всякой красоты и гармонии.

Главное же назначение, например, храма — произведения архитектуры — быть местом для совершения богослужения и — главое — Бескровной Жертвы. Назначением иконы будет — помочь возвести ум и сердце человека к Первообразу — тому, кто изображен на иконе и, будучи абсолютно реальным, но невидимым в нашем мире, внимает молитвам…

Все эти качества должны быть и у музыки, звучащей в храме, только тогда ее можно будет по праву назвать богослужебным искусством.

photosight.ru. Фото: Еля Старикова

Но, постойте, а применимо ли вообще слово «музыка» к пению, звучащему во время богослужения? Может, мы ошибаемся и смешиваем несмешиваемые, на самом деле, понятия?

Музыка – «искусство воспроизведения в звуках чувств и настроений с целью вызвать в слушателе соответствующие чувства и настроения» /Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона/.

Музыка — искусство, предназначенное для удовлетворения душевных потребностей человека, посредством пения и/или игры на музыкальных инструментах. Не имеет музыкально-выразительных ограничений. Может рассматриваться, как нечто самодостаточное (условно говоря, на концерт собираются ради музыки, и только: одни – чтобы исполнять, другие, чтобы слушать).

Богослужебное пение – это вид певческого /литургического / творчества, предназначенный для совершения богослужения пением (посредством пения), где тексты произносятся нараспев. Мелодические модели (на основе которых распеваются тексты) были выработаны соборным разумом, а музыкально-выразительные средства прошли строгий отбор и были приняты Церковью к употреблению.

Литургический текст играет доминирующую роль по отношению к напеву. Песнопения не «исполняют» для кого-то, а посредством их молятся, обращаются к Богу, святым, или молящимся в храме, можно сказать: общаются с ними. Первичным всегда остается СЛОВО, а напев следует во всех отношениях за ним, т. е. музыкальная составляющая самодостаточной не является. /В полном смысле определение это применимо только к уставному богослужебному пению/.

Вот, что говорит наука, называемая «Литургическое музыковедение«, об этом предмете. Мы попробуем разобраться в вопросах музыки и богослужебного пения, но для начала — небольшой «ликбез».

Виды и названия песнопений:

Стихира

строфа из 8-12 строк. Важнейший гимнографический материал. Дает основное направление мысли слушателя на богослужении.

Разновидности:

1. На «Господи воззвах».

2. На «Хвалитех» ( – стихиры вставляются между строками соответствующих псалмов – стих предшествует стихире).

3. На стиховне (стих следует за стихирой).

4. На литии (стихов нет).

5. По 50-м псалме (на утрени на праздничной службе: полиелей и Всенощное бдение).

6. Евангельские (12 стихир, «Славники» на «Хвалитех» на воскресной утрени).

7. Блаженны на литургии на 3-м изобразительном антифоне

Тропарь

строфа из 4-6 строк, содержащая главную мысль праздника.

Канон

поэма, состоящая из 9 песен, основанных на 9 библейских песнях. Занимает центральное положение в Утрени. Каждая песнь состоит из Ирмоса – образца по напеву и ритмике стиха для Тропарей. Ирмосы собраны в книге «Ирмологий»

Кондак и связанный с ним Икос

в сущности – целая поэма, НЕ основанная на библейских песнях, развивающая тему празднуемого события более или менее подробно. Состоял первоначально из разного числа (до 24) метрически одинаковых строф, кончающихся одними и теми же словами («припев») – ИКОСОВ. Всю поэму начинала строфа, отличная от других по метрике, но оканчивающаяся теми же словами – КУКУЛИОН. В этой строфе кратко излагается главная тема и идея всей поэмы. Последующие икосы развивают эту тему, иногда в форме диалога. С течением времени кондак, т.е. вся поэма сократились в богослужении таким образом, что остался только кукулион, на который и было перенесено название «кондак», и 1й икос.

Акафист

«неседальное пение» = полный кондак, состоит из кукулиона и 24 более кратких строф с чередующимися с ними более пространными строфами. Краткие называются «кондаками», пространные – «икосами». Первые оканчиваются словами «Аллилуия», вторые (как и кукулион – первый «кондак») – «Радуйся, Невесто Неневестная» Название «Акафист» в данном случае указывает не на литературную или музыкальную форму поэмы, а на положение молящихся. Собственно «Акафист» только один – Божией Матери. По уставу поется в субботу 5 Седмицы Великого Поста. Все другие – подражание этому, в уставе отсутствуют. Акафисты часто в современной практике буквально поются.

Ипакои

(в некоторых древнерусских рукописях: «упакои») — строфа тропарного характера, исполняемая на утрени на том месте, где положен седален (по большей части – после 3 песни канона).

Антифон

антифоном могут быть названы те песнопения, которые всегда исполняются (или, по крайней мере, должны исполняться) двумя хорами попеременно.

Разновидности

1. В литургии – псалмы литургии оглашенных, составляющие первые три ее антифона (в начале, сразу после великой ектении): а) будничные, б) изобразительные, в) праздничные.

2. Три «славы» первой кафизмы на субботней вечерне («Блажен муж»).

3. Три строфы тропарного характера, исполняемые на воскресной утрени перед Евангелием – «Степенны антифоны». Каждая строфа, пропетая одним хором, повторяется другим. В основе – содержание псалмов 119-132 («песнь степеней»). Не в воскресенье (но в дни, когда положен полиелей или всенощная) поется первый антифон 4 гласа («От юности моея»). В каждом гласе имеют свои, только им свойственные напевы. Во всех гласах, кроме 8-го три антифона; в 8 – четыре.

4. Строфы тропарного характера, различного объема, сгруппированные в 15 антифонов, которые исполняются на утрени Великого Пятка («12 Евангелий») между первыми пятью Евангельскими чтениями. Каждая строфа также повторяется противостоящим хором.

Седален

строфа тропарного характера, при пении или чтении коей на общественном богослужении начинали садиться для слушания так называемых «чтений», положенных Уставом (состояли из толкований Апостола, Евангелия и т.д.). Некоторые седальны являются также и тропарями (седален по 1-й кафизме 7 гласа = тропарь Недели о Фоме /первая после Пасхи/). Таким образом, название указывает (как и в акафисте) на положение молящихся во время его исполнения. В некоторых случаях при исполнении седальна положено стоять, тогда в Уставе об этом сказано (богородичен 8 гласа Октоиха /в Неделю утра/: «О Тебе радуется» — «…не седяще поем, но стояще и со страхом и благоговением»).

Прокимен

(греч» — «предлежащее») – первоначально, часть псалма (реже – весь псалом), теперь только один или два стиха какого-либо псалма. Прокимен непосредственно предваряет чтение Священного Писания и исполняется в антифонно-респонсорном виде: чтец возглашает «Глас …» и текст прокимна – певцы поют этот стих. Чтец – следующий стих псалма – певцы (если есть – то другой хор) повторяют первый стих. Чтец – первую половину 1го стиха (давая знать, что прокимен закончен) – певцы (вновь первый хор) – 2ю половину стиха. Чтец всегда посередине храма, певцы – на своих местах. Мелодии прокимнов обычно краткие, силлабически-невматического стоения. нередко (в знаменном роспеве) мелодия прокимна представляет собой одну из попевок соответствующего гласа.

Разновидности:

1. Обычный – двукратное пение стиха псалма с промежуточным (между повторениями первого) стихом и разделенным между чтецом и хором 1м стихом в конце.

Читать еще:  Глаз в пирамиде значение. Значение символа «Всевидящее око» в триугольнике

2. Великий (т.е. большой), состоящий из четырех, а не двух стихов; окончание – как у обычного. Положен на вечерни в субботу и вечерни Господских двунадесятых праздников.

Аллилуарий

торжественное пение слова «Аллилуия», многократно (обычно трижды) повторяемого с промежуточными стихами (1-2) из псалмов, которые по содержанию имеют отношение к теме воспоминаемого события. На литургии предшествует чтению Евангелия, являясь его ПРОКИМНОМ (а не завершением чтения Апостола). Исполняется (и возглашается) аллилуарий так же, как прокимен. поется на глас, т.е. имеется распетым на все 8 гласов. Как при прокимне, так и при аллилуарии возможно участие в пении всех присутствующих.

Катавасия

(от греч. «схожу вниз»). Обыкновенно катавасией называют схождение обоих хоров, правого и левого с их мест и соединение в один хор на середине храма. Сейчас название «катавасия» прилагается к ирмосу, которым заканчивается песнь или группа песней канона.

В XIII веке катавасией назывались некоторые другие песнопения, для исполнения которых на амвон выходил один певец или сходились на середину храма оба хора. Так, например, «катавасией» названы в Московском Успенском Кондакаре 1207 года ипакои по 3 песни канона на Рождество Христово («Начаток язык…»), на Богоявление («Егда явлением Твоим…») и нынешнее ипакои на Пасху («Предварившия утро…»)

Эксапостиларий или Светилен

– строфа тропарного типа, которая на утрени поется перед хвалитными (148-150) псалмами с их (если есть) стихирами. Название «эксапостиларий» (от греч. – «высылаю») происходит, вероятно, потому, что для исполнения его высылается из среды певцов один на середину храма, или на амвон. Объяснение, что название это произведено от содержания (т.к. в одиннадцати воскресных Э. говорится о послании апостолов на проповедь) применимо лишь к ним. Название «светилен» производят от содержания текста, где, как правило, говорится о свете; или потому, что время исполнения С. приходится на конец утрени, когда уже должен начинаться рассвет.

Причастен (Киноник)

стих из псалма (реже какой-либо другой текст из Священного Писания), который поется на литургии во время причащения священнослужителей в алтаре, и заканчивается протяжным мелизматическим пением «Аллилуия», повторяемым иногда несколько раз. По содержанию соответствует главной теме дня. Т.к. причастен должен заполнить время, когда священнослужители причащаются в алтаре, то уставные мелодии причастных стихов обычно бывают очень мелизматически развиты. В древних певческих рукописях (кондакарях) текст причастна снабжен знаками кондакарной нотации. В современной практике пение причастна свелось во многих случаях просто к читке на одном аккорде, а время причастия заполняется пением не имеющих, порой, никакого отношения к теме дня стихов, стихир, ирмосов и.т.д., а чаще всего «концертов».

«Едиными усты и единым сердцем»

– Людям, которые уже столкнулись со знаменным пением Валаама, потом непросто бывает слушать партесное пение, это факт, –рассказывает старший певчий хора Валаамского монастыря монах Диодор (Подоровский). – Можно сказать, что это общецерковная тенденция: во многих приходах Русской Православной Церкви знаменное пение становится предпочтительнее партесного.

Наш собеседник – монах Диодор (Подоровский), закончил духовную семинарию Самарской епархии. Во время учебы выбирал дальнейший жизненный путь: размышлял, стать ли ему белым священником, семейным, или предпочесть иночество. На первый курс семинарии вместе с ним поступило 34 абитуриента, а закончило всего семеро. Из них по монашеской стезе пошел лишь Диодор. На Валааме он с 2011 года. На клиросе обители под управлением регента хора Валаамского монастыря иеромонаха Давида (Легейды) стал изучать пение по крюкам. Монах Диодор в настоящее время помощник регента, руководит спевками братии.

– В храме, где я послушался еще школьником, батюшка с регентом решили, что надо переходить на знаменное пение. Певчих стали готовить из прихожан, создался такой любительский хор, который впоследствии потом заменил наемных певчих (обычно преподавателей из музыкальных школ). Тогда для некоторых людей, действительно, это было новшеством и открытием другого вида церковных песнопений.

Что же представляет собой сегодняшнее валаамское пение, восстановленное после продолжительного молчания?

– Есть валаамский распев, который нам достался от старинного «Валаамского обихода», а есть современный валаамский обиход: то, что мы поем сейчас. Вместе со знаменным распевом мы используем византийские вкрапления. Это привнес наш современник, иеродиакон Герман (Рябцев). Мы используем исон, то есть нижний голос: несколько человек поют мелодию в унисон, а еще несколько человек подпевают как бы «снизу», это и есть исон. Получается гармония: еще не партес, но уже и не унисон, не одноголосие.

Форма ведь всегда красноречива, что такая форма несет в себе?

– Гармония обозначает ладовую принадлежность, а ладовая мелодия дает окраску. Иными словами, мы можем передать настроение, грустное или радостное, минор или мажор. Музыка направляет слушателя.

Получается, здесь есть элемент определенного творчества?

– Безусловно. Ведь исон мы сами сочиняем, подставляем.

Почему именно знаменное пение служит формой монастырского богослужения?

– Это пение идеально подходит для молитвенного состояния и делания, для самого клироса, для молящихся в храме. Богослужебное пение пришло на Русь из Греции, Болгарии, первые певчие приехали еще при святом равноапостольном князе Владимире. Но греческие напевы, попав на славянскую почву, изменились. Произошла трансформация на основе народного русского пения. Исполнение стало другим по мелодике и гармонии. Отдельные отголоски того пения остались, но вот возьмите, например, какой-нибудь напев в русской знаменной традиции и сравните с византийским: даже человек без слуха найдет отличия и поймет, что это совершенно разные вещи.

***
Принцип написания крюковой, имеет корни в старовизантийской традиции. Знамена, или крюки, означали мелодический оборот и ставились над каноническим текстом. Такое пение было широко распространено на Руси в период с XI по XVII вв. Спасо-Преображенский Валаамский монастырь, основанный в Х-ХI вв., стал одним из голосов древней христианской Руси.

А начиналось русское богослужение с греков. Они его привезли на Святую Русь, а потом со временем появились русские исполнители, и пение греческое трансформировалось в знаменное. Знаменный распев – род богослужебного пения древней Руси, в сущности, русское богослужение и начинается со знаменного пения. Но даже сейчас некоторые из знамен до сих пор не расшифрованы, мы не знаем, как их нужно правильно распевать. К сожалению, традиции во многом утеряны даже у старообрядцев, которые пытались передавать традиции церковного пения из поколения в поколения. Известно только одно: у разных общин существовали разные традиции распева. И поэтому невозможно однозначное прочитывание и пропевание некоторых «знамен».

– От Греции, – продолжает монах Диодор, – остался общий, распевный, растянутый принцип, когда песнопение может долго-долго длиться, и при этом будет пропето очень мало слогов, слов. Смысл этих долгих песнопений – молитвенное состояние, когда человек входит в молитву, когда ему дается своеобразная молитвенная пауза, в течение которой он может осмыслить слова, сказанные ранее. Например, ставятся «фиты», которые выполняют функцию этой паузы: новый текст не появляется, а распевается только одна гласная, и в это время человек молится.

***
В ХVIII веке, во времена Петровских реформ, в церковной жизни укреплялась светская культура. На смену миру древнерусского человека пришел мир нового, «петровского» человека, а на смену одноголосию, соборному монологу знаменного пения – партесная музыкальная полифония на основе западной европейской музыкальной культуры.

Развиваясь в Юго-Западной Руси как ответ на католическое «органное гудение», в XVIII веке оно подверглось итальянскому влиянию. В Санкт-Петербург приглашали итальянских композиторов и капельмейстеров: Франческо Арайя, Галуппи, Сарти и другие задавали тон столичной капелле. Церковное пение все больше походило на оперное, концертное, его основными чертами становились чувственность и страстность. И если в идеале форма и содержание церковного пения апеллирует к горнему миру, то форма партесного пения, не меняя содержания, скорее повествовала о мире дольнем, земном. Для монастырей это было неприемлемо.

Почему же записи проведены не крюковой нотацией (знаменами)? Это же главный принцип фиксирования знаменного пения.

– Если в Древней Руси единицы знали нотное письмо, то сейчас все наоборот: крюковая нотация –знание немногих. Разбираться в крюках – это целое искусство, подобное знанию иностранного языка, и чтобы записывать ими и петь по ним, нужно быть в пределах той совсем уже древней традиции. Но мы знаем, что уже со времен реформ Петра I эта традиция была отодвинута на второй план, и пришла европейская система записи, и распевы пошли новые, более светские. Мы знаем, что даже доплачивали тем регентам, которые пели не по-знаменному, а по-европейски. Поэтому естественно, что нотация была не знаменная.

Получается, что и монашеская особенность жизни выражена в богослужениях, отличных от приходских?

– Традиция долгого богослужения – монашеская, когда никто никуда не спешит, ни домой, ни к своим детям и супруге, ни на работу. Давайте вспомним, что всенощное бдение по Типикону должно длится 9 часов. Именно в монастырях эта традиция наиболее применима. Знаю, что в Москве, на Афонском подворье, есть такие длинные службы. То есть, даже в городах есть такие места, и это правильно. Ведь если человек хочет, допустим, помолиться шесть часов, он должен иметь такую возможность.

***
В XVIII же веке началось очередное возрождение Валаама. Из Сарова на остров был вызван иеромонах Назарий, который ввел в монастыре строгий устав Саровской обители. Саровская пустынь в те времена считалась «образцовой», будто готовилась к этой миссии: основные принципы пения были зафиксированы самими монахами, при обители существовал скрипторий, где монахи по послушанию переписывали книги. На Валааме же основная традиция передачи знания устная, от учителя к ученику. Собственно, первая певческая книга, «Валаамский обиход нотного пения», появилась здесь только в начале XX века. Однако и в ней уже проявились общекультурные изменения.

Читать еще:  Где живут горские евреи. Горские евреи (дагестанские евреи) — хранители традиций евреев

– В библиотеке на Новом Валааме можно увидеть певческие книги, рукописные, с рабочими пометками клиросного. Скольких таких рукописных книг мы пока не знаем, ведем поиски, но точно известно, что на основе рукописных книг в монастыре был составлен единственный сборник — «Валаамский обиход нотного пения». И других исторических документов, сборников, к сожалению, больше не сохранилось.

Видимо, к тому времени появился какой-то образованный певец на Валааме, который смог записать эту традицию, – и монах Диодор показывает сборник «Валаамский обиход». – Известно, что составитель этого сборника не был монахом. Это не оригинальное издание 1902 года, а перепечатка, сделанная в Финляндии. Есть еще экземпляры, недавно напечатанные и переплетенные в валаамских мастерских. Все это записывалось с голоса, поэтому возможны какие-то искажения, некоторые не очень удачно пропеты. Как видите, запись осуществлялась посредством нот.

***
В этом году года братия Валаамского монастыря начала работу над проектом по созданию общедоступного сборника нот современного Валаамского обихода (Всенощное бдение, Литургия) в электронном виде. Понимая, что подготовка сборника займет продолжительное время, братия обратились к читателям сайта монастыря. И люди откликнулись: желающие удаленно помочь монастырю нашлись в Москве и Петербурге, других городах России и СНГ. Уже выложены песнопения Всенощного бдения и Божественной литургии. Нотный сборник не планируется издавать и продавать, ссылка для свободного скачивания материалов уже опубликована на официальном сайте Валаамского монастыря.

Сейчас вы продолжаете устную традицию передачи знаний о богослужебном пении?

– Традиция сводится к практике, да. Составляются сборники – Литургии, Всенощного бдения, праздничные песнопения… Существует в написанном виде то, что мы на данный момент поем, это наша реальная работа.

И в монастыре больше никаких письменных памятников певческой культуры нет?

– Письменные отсутствуют. В Ново-Валаамском монастыре какие-то ноты сохранились, один раз уже ездили туда, и кое-что отсняли, но это только начало работы. Ведь все книги, все нотные сборники ушли туда. Из тридцати тысяч книг старого Валаама – двадцать тысяч находятся там. Судьба остальных книг неизвестна.

***
Богослужение в Валаамской обители до сих пор формируется, ищутся новые голоса, принципы пения. Так, в начале 90-х годов, когда монастырь был вновь открыт, на аудиокассеты записывались образцы валаамского пения, чтобы обучение стало более доступным. Песнопения для клироса монастырь собирает из разных источников, в русских и зарубежных православных монастырях, особенное внимание – к Афону и Соловецкому монастырю. На сегодняшний день на клиросе поют более 15 насельников, которые участвуют в богослужениях не только в Спасо-Преображенском соборе, но и на многих скитах Валаама. Практически все из них учатся в певческом классе, для помощи братиям во славу Божию приезжает специалист высокого уровня из Санкт-Петербурга. Певчим ставят голос, они изучают нотную грамоту.

По мнению игумена Валаамского монастыря епископа Троицкого Панкратия, в пении на клиросе существует еще одна сторона богослужебной жизни, которая может быть заметна особенно внимательному прихожанину и относится к вопросам внутренней жизни. А именно – духовное состояние самих певчих. Секуляризация церковного искусства продемонстрировала, как для некоторых исполнителей богослужение может стать ремеслом, а песенное оформление богослужебных текстов – лишь отраслью христианского искусства. Все дело – в самой личности человека.

– Стоя на клиросе, ты понимаешь, что молишься, а не просто исполняешь какое-то произведение отвлеченно, – монах Диодор продолжает свой рассказ. – От этого все зависит, и тут уже знаменное пение само по себе не спасет. Мы часто встречаем певчих из мирян, которые бывают внутренне далеки от службы. А ведь это исключительно внутреннее делание.

Бывает ведь и так, что исполнитель может залюбоваться собственным пением…

– Бывает и так. На клиросе всегда много соблазнов. Сначала ты поешь, чувствуешь внутреннее напряжение, внимание сконцентрировано. А потом передышка, ты расслабляешься, а еще по ходу богослужения вопросы решаются: что петь, что читать, и начинаются разговоры, которые плавно могут перейти в разговоры не по делу. Поэтому наставники нам всегда говорят о внутренней дисциплине, о том, что надо не только устами, но и умом петь.

Учитывая это, монахам дается возможность, как они говорят, «отдохнуть вокально» и помолиться не на хорах в качестве голоса Литургии, а безмолвно – в центральной части храма, вместе со братией и паломниками. Как правило, в полном составе хор собирается только за праздничными богослужениями, в будние дни поют лишь несколько человек, а по утрам – один монах или послушник.

Как становятся певчим братского хора?

— Прийти и сразу петь человек не может, он должен учиться, ему надо возрастать. Конечно, важна практика. Сначала поют молебен, потом — три канона с акафистом, что-то не очень большое по объему. Если у брата получается, то берем на богослужение.

Сейчас проводится большая образовательная работа, на это уходит много сил и времени. Главное, чтобы те люди, которые приходят в наш класс, которые собираются служить на клиросе, понимали, что они предприняли серьезный шаг. Способности, дарования – это прекрасно. Но без смирения, послушания и понимания того, что весь смысл – во внутреннем делании, мало что получится. В конце концов, речь ведь идет о Божественной литургии…

Вышел в свет специальный номер ежемесячного общецерковного журнала «Монастырский вестник» – официального издания Синодального отдела по монастырям и монашеству Русской Православной Церкви (номер 7 от 2017 года). Этот уникальный выпуск полностью посвящен Валааму – вековым традициям и современной жизни старейшего монастыря России. Заказать журнал можно здесь

Богослужебный устав и гимнография (13 стр.)

Текст может менять свое место на службе: на вседневной вечерне сугубая ектенья произносится в самом конце, а на великой – в середине, перед «Сподоби, Господи» и просительной ектеньей. Эта на первый взгляд незначительная перестановка считается главным признаком великой вечерни. Сугубая ектенья меняет свое место и на праздничной утрене. Как и на вечерне, она становится перед просительной.

Может изменяться форма текста. Сугубая ектенья на вседневной вечерне неполная (начинается с 3-го прошения «Помилуй нас, Боже«), а на великой – полная, начинается со слов «Рцем вси«. Слова Великого и вседневного славословия тоже несколько отличаются друг от друга.

Могут появляться новые тексты, например, паремии на вечерне.

Могут появляться новые части служб: вход с кадилом и лития на вечерне, полиелей и праздничное окончание на утрене.

Наконец, признаком праздничного богослужения является появление новой службымалой вечерни. Ее положено совершать в те дни, когда всенощное бдение начинается великой вечерней. Каков смысл введения этой службы? Дело в том, что всенощное бдение должно начинаться достаточно поздно, чтобы слова «Слава Тебе, показавшему нам свет» в конце утрени произносились при первых лучах солнца. И вот, для того, чтобы время до заката не оставалось без молитвы, в эти часы положено совершать малую вечерню. Она представляет собой сокращенный вариант вседневной вечерни. На ней нет светильничных молитв, великой и просительной ектении, кафизмы. В приходском богослужении эта служба, как правило, опускается.

В заключение следует отметить, что все эти признаки, «превращающие» будничное богослужение в праздничное различными «добавлениями», выделяют только в учебных целях, для лучшего понимания принципов построения служб. Исторически все было наоборот: сначала появились праздничные службы, и лишь позднее выработались их будничные варианты.

2.2. Изменяемые части Литургии

Литургия является вершиной и целью всего православного богослужения. Ее нельзя ставить в один ряд со службами суточного круга, которые и по названию, и по содержанию гораздо теснее связаны со временем суток, с днем седмицы и праздниками богослужебного года. Литургия же, более чем любая другая служба обращена к вечности. Величие совершаемого на ней Таинства Евхаристии нисколько не зависит от того, в праздник или в будни она служится. Тем не менее, Литургия не абсолютно оторвана от времени. Она представляет собой явление вечного во временном, и поэтому некоторым образом все же сопряжена с богослужением суточного круга.

Неизменяемая основа, ядро Литургии – это Евхаристический канон (он начинается после Символа веры со слов иерея «Благодарим Господа» и заканчивается незадолго до просительной ектеньи возгласом «И даждь нам едиными усты…») Разница в текстах молитв Евхаристического канона Литургии Василия Великого и Литургии Иоанна Златоуста не касается сущности таинства Евхаристии. По какому бы чину не служилась Литургия, в любом случае во время Евхаристического канона будет происходить освящение Святых Даров.

Изменяемые части Литургии, свидетельствующие о ее связи со временем, не вторгаются в Евхаристический канон, хотя и подходят к нему максимально близко.

Рассмотрим, на каких конкретно текстах Литургии отражается тематика различных кругов богослужебного времени.

К изменяемым текстам Литургии относятся, во-первых, антифоны – песнопения, исполняющиеся попеременно двумя хорами. Выше мы говорили, что они использовались еще в ветхозаветном богослужении. Церковное предание гласит, что во II веке по Р. Х. св. Игнатий Богоносец, епископ Антиохии, будучи восхищен на небо, видел ангельские хоры, попеременно славословящие Бога. В подражание им он ввел антифонное пение в своей Церкви.

Антифонов Литургии три, и они бывают трех видов: вседневные (будничные), изобразительные и праздничные. Между антифонами произносятся малые ектении.

Вседневные антифоны исполняются крайне редко. Устав предписывает петь их в те седмичные дни, когда не случится никакого праздника. Вседневные антифоны начинаются словами:

Читать еще:  Религия в Болгарии. Болгарская православная церковь

1. Благо есть исповедатися Господеви… Припев: Молитвами Богородицы, Спасе, спаси нас.

2. Господь воцарися, в лепоту облечеся… Припев: Молитвами святых Твоих, Спасе, спаси нас.

3. Приидите, возрадуемся Господеви… Припев: Спаси ны, Сыне Божий, во святых дивен сый, поющия Ти, Аллилуия.

Наиболее известны изобразительные антифоны, они исполняются практически ежедневно:

1. Псалом 102: Благослови, душе моя, Господа.

2. Псалом 145: Хвали, душе моя, Господа.

3. Заповеди Блаженства, или Блаженны, начинаемые молитвою благоразумного разбойника: «Во Царствии Твоем помяни нас, Господи…» (см. Лк. 23:42).

Блаженны исполняются с тропарями. Эти тропари тоже носят название «Блаженны», хотя правильнее их называть «тропари на Блаженнах». Тропари начинают петь с определенного стиха антифона. Тексты тропарей на Блаженнах берутся из Октоиха и из 3-й и 6-й песен канона святому в Минее.

В Господские двунадесятые праздники положено петь праздничные антифоны. По структуре они напоминают будничные. Это тоже стихи из псалмов с припевами. Стихи содержат ветхозаветные указания на празднуемое событие.

Припев первого антифона: Молитвами Богородицы, Спасе, спаси нас.

Припев второго антифона напоминает о теме праздника: «Спаси ны, Сыне Божий, рождейся от Девы… или: Преобразивыйся на горе… или: Плотию распныйся… и т. п. поющия Ти: Аллилуиа».

В качестве припева третьего антифона используется тропарь праздника. Как уже говорилось, слово «тропарь» происходит от глагола «обращать, вращать». Тропарь должен хорошо чередоваться с другими текстами. Третий из праздничных антифонов дает нам яркий пример этого.

После второго антифона всегда поется торжественный гимн «Единородный Сыне». Считается, что это тропарь храма Святой Софии в Константинополе, написанный византийским императором Юстинианом (VI век).

Еще один изменяемый текст Литургии – это песнопения Малого входа. Малый вход совершается при пении третьего антифона. Чаще всего при входе в алтарь после слов диакона «Премудрость прости» хор поет входное песнопение, называемое просто входное: «Приидите, поклонимся и припадем ко Христу, спаси ны, Сыне Божий*, поющия Ти: Аллилуйя». После знака* произносится праздничная вставка. В воскресенье – «воскресый из мертвых», в Богородичные праздники «молитвами Богородицы», когда нет Господского или Богородичного праздника – «во святых дивен сый» и пр.

В Господские двунадесятые праздники, Духов день, Пасху и Светлую седмицу на Малом входе «Приидите, поклонимся» не поется. Вместо него произносится соответствующий теме Праздника входный стих, обычно из Псалтири. Например, на литургии в день Святой Пасхи вместо «Приидите, поклонимся» произносится «В церквах благословите Бога, Господа от источник Израилевых», в праздник Рождества Христова «Из чрева прежде денницы родих Тя, клятся Господь и не раскается: Ты иерей еси во век по чину Мелхиседекову», в праздник Преображения Господня «Господи, посли свет Твой, и истину Твою, та мя настависта, и введоста мя в гору святую твою».

На Малом входе звучат и другие изменяемые текстытропари и кондаки. Устав их пения очень сложен, поэтому мы рассмотрим только основные правила:

• Сначала поются все тропари, потом все кондаки.

• Тропарей и кондаков, как правило, одинаковое количество.

• Сначала поются тропари Господские, потом Богородичные, потом Ангелам, Предтече и т. д., от более значимого к менее значимому.

• Кондаки поются в том же порядке, за исключением кондака самого важного праздника. Он звучит в заключение всей этой группы песнопений, придавая ей тем самым торжественность и значительность. Обычно это Господское или Богородичное песнопение.

• Цикл тропарей и кондаков завершается песнопениями на «Слава: И ныне». На «И ныне» поется последний, наиболее важный кондак.

Знаменный распев – «хлеб насущный» церковного пения

Просвещение Руси светом Христовым принято связывать с 988 годом, когда равноапостольный князь Владимир принял крещение в Корсуни. Однако фактически христианство пришло на русские земли задолго до того, как стало государственной религией. Вместе с ним появилось и богослужебное пение. Известно, что с 863 года в Киев вместе с торговыми караванами начали приезжать болгарские распевщики.

  1. Крещение Руси
  2. Три направления
  3. Понятие о знаменном распеве
  4. Запись знаменного пения
  5. Кондакарное пение
  6. Значение знаменного распева

Крещение Руси

После официального принятия Православия великий князь Владимир тал активно созидать и обустраивать церкви, не забывая и о богослужебном пении – привёз с собой из Византии певцов славянского происхождения. К этому времени Болгария адаптировала византийское богослужебное пение на старославянский язык, бывший в то время разговорным, поэтому болгарская система пения была русичам ближе и понятнее, чем греческая.

Св. равноап. князь Владимир Принцесса Анна Византийская Десятинная церковь в Киеве (реконструкция)

В то же время, при его супруге, византийской царевне Анне, был создан греческий хор, получивший название «Царицын». Постепенно утвердилась традиция – в Десятинной церкви Киева пели два хора: один по-гречески, а другой, строящий напротив, – по-славянски.

Три направления

Первоначально русские певцы только учились пению по византийским, в основном, болгарским, образцам. О первых создателях древнерусского распева сохранилось немного сведений. Известно лишь, что это были монахи, обучавшиеся пению «из уст в уста». Постепенно на Руси возникло множество певческих школ: киевская, новгородская, ростовская, и уже летописи 11 века повествуют о «гораздых» певцах.

Со временем выделилось три направления:

  • «провизантийское»;
  • «прорусское»;
  • «компромиссное».

К первому направлению принадлежала киевская знать и высшее византийское духовенство, прибывшее с православной миссией на Русь. Его сторонники не вносили никаких поправок и дополнений в византийскую манеру пения. По сути, это была «кальки» с греческих распевов.

Противоположной точки зрения придерживались сторонники русской старины: они предлагали использовать только тексты, которые «накладывали» на национальные мелодии.

Представители третьего течения – образованные люди, принадлежавшие к разным сословиям – купцы, духовенство, военные, имевшие контакты с Византией, воспринимали из греческого певческого искусства тексты, нотацию, осьмогласие, композиционные приёмы. В то же время ладо-интонационный фонд был заимствован из русской музыки.

Так, путём осмысления лучших образцов певческого искусства Византии и «привития» его на русскую почву появился знаменный столповой распев – основа основ русского богослужебного пения.

Понятие о знаменном распеве

Понятие «распев» – чисто русское. Это – не музыка, сопровождающая богослужение и не переложение церковного текста на музыку. В сущности, слова не пелись, а произносились нараспев.

Одной из важнейших основ столпового знаменного распева было строгое одноголосие, однако, это не означало, что исполнять песнопения мог только один человек. Напротив, главная особенность состояла в том, что все «едиными усты и единым сердцем» пели «единый глас». Одноголосный хор вёл и оканчивал песнопения обязательно только в унисон или октавами. Ритм песнопений был всецело подчинён ритму распеваемого текста.

«Поёт ли один человек, или много – голос словно исходит из одних уст», – писал о молитвенном пении свт. Иоанн Златоуст. Именно такая простая и целостная мелодия знаменного пения сосредоточивала ум и собирала его на молитве.

Запись знаменного пения

Для записи знаменного распева пользовались определённой системой знаков – «крюков», которые иначе именовались столповыми знамёнами. Каждый знак обозначал от одного до восьми звуков. При этом сообщалось точное понятие о высоте, продолжительности, окраске и силе звучания.

Начиная с 15 века в рукописях фиксируются названия этих знаков. При расшифровке становилось очевидно, что за каждым звуком стоял определённый образ. Например, «крюк» – самый распространённый знак, давший название всему пению, «параклит» (утешитель), с возглашения которого начиналось пение», «стапица» –знак речитации, когда слова не поются, а произносятся «говорком», «два в челну» изображал лодку (челн) и двух сидящих в ней людей и т. д.

Примеры обозначения знаков знаменного распева

Продолжительные участки распева обозначались особыми знаками – фитами. Распев фиты – это время духовного созерцания, когда человек мог сердцем воспринят содержание молитвы. Такое начертание называлось тайнозамкненным. Фиты, как и знаки, имели имена.

Кондакарное пение

Особое место в древнерусском богослужебном пении занимало кондакарное пение. Название поисходило от термина «кондак», переводимого с греческого языка как κοντάκι(ον) от κόνταξ , «палочка, жердь», имевшего первоначальное значение «пергаментный свиток с текстом песни, намотанный на палочку», поскольку древние тексты записывались на свитках.

В древней Византии кондак играл весьма важную роль. Это было многострофное развёрнутое сочинение – богословская поэма в звуках. Он занимал довольно много времени от богослужения. Кондакарным пением владели только искусные мастера: протопсалт – главный певчий – выходил на середину храма, восходил на диаконский амвон, и с него воспевал Христа, Божью Матерь или святых в сочинённом им самим кондаке. Кондакарное пение считалось элитным, и передавалось от мастера к мастеру.

Запись кондакарного пения несколько отличалась от записи знаменного распева – здесь присутствовали две строки, а также знаки, подчёркивавшие торжественность этого вида пения. Его точная расшифровка записи недоступна до сего дня.

Русские монахи-песнотворцы опирались на греческие книги – кондакари. Поскольку русское богослужение, в подражание Византии, тяготело к пышности и царственной роскоши, первые праздничные кондаки пели особым торжественным распевом. Расцвет кондакарного пения на Руси приходится на XI—XII века, но к XIV веку оно исчезло, вероятно, по причине упадка церковной жизни, связанного с татаро-монгольским нашествием.

Значение знаменного распева

Знаменный распев прошёл многовековую проверку – в сущности, все разновидности церковного пения происходят из него. Он – своеобразный индикатор духовной жизни. По мнению композитора Владимира Ивановича Мартынова, столповой распев представлял собой знамя (знак) умной Иисусовой молитвы – там, где пресекалась практика Иисусовой молитвы, исчезало и знаменное пение.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector