1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Парень, переживший рак: тошно, когда все говорят, что ты поправишься

Парень, переживший рак: тошно, когда все говорят, что ты поправишься

От рака не застрахован никто. Сегодня ты здоров, а завтра оказываешься на койке в палате онкоцентра. Александр Полещук, переживший лимфому и два рецидива болезни, утверждает, что даже рак третьей стадии — это не смертный приговор.

Александр Полещук мог и не дожить до своих 32 лет. В 2008 году он узнал, что болен онкологией: лимфома Ходжкина третьей стадии с отдаленными метастазами — таким был диагноз. Но скорой смерти в планах у парня не было, и он решил побороться. Химиотерапия, облучение, операции и два рецидива болезни — и спустя семь лет после окончания лечения Александр сидит напротив корреспондента Sputnik Ирины Петрович совершенно здоровый и рассказывает о том, как это — пережить рак.

Диагноз как облегчение

— Когда я узнал о болезни, мне было почти 23 года. Я начал жаловаться на острые боли в позвоночнике. Боли были такие, что я без обезболивающих не мог. Через некоторое время после постановки диагноза оказалось, что это было метастазирование в позвонки.

Онкологические болезни крови часто начинаются с тех же симптомов, что и грипп. Это просто повышенная утомляемость, повышение температуры, возможно, боль и обильное потоотделение по ночам. У меня было такое. Я не мог восстановиться после рабочего дня, утомлялся до такой степени, что мог только лежать.

Я обратился к терапевту, получил больничный, пил антибиотики. А потом он просто выписал меня, говоря, что я сильно залежался и что пора работать. Я вышел на работу и постоянно колол себе обезболивающее, потому что боль в спине была невыносимой. В этот момент родственники начали рекомендовать мне обратиться к бабкам. Они уже даже нашли какого-то костоправа в Гомельской области и хотели, чтобы я к нему поехал. Я не знаю, что было бы, если бы послушался, с моими полуразрушенными позвонками.

Позже я обратился к заведующему терапевтическим отделением, он дал мне больничный, и я начал свой путь по медицинским учреждениям. В конце концов я приехал в Боровляны, было сделано довольно банальное исследование — компьютерная томография, и стало понятно, что в тимусе — небольшом органе лимфатической системы — есть опухоль. Когда узнал диагноз, наступило облегчение, потому что четыре месяца жить с непонятной болезнью — это очень тяжело. Стало ясно, что шансы на выживание высокие и что наконец-то начнется лечение.

Третья стадия не приговор

— От моего первого обращения к врачу до постановки диагноза прошло четыре месяца, время было потеряно. В онкологии считается, что факторы болезни, которые не изменяются, могут существовать только на протяжении двух недель. Поэтому если за эти две недели не оказывается помощь, это значит, что рак прогрессирует.

Я болел лимфомой Ходжкина третьей стадии, метастазы были уже распространены и находились в удаленных отделах организма от первоначальной опухоли. Третья стадия — это совершенно не приговор, можно лечиться. Насколько я могу судить, безвозвратная излечимость моего типа достигает 70%.

Меня прооперировали: удалили лимфоузлы, которые можно было удалить, вместе с тимусом. Потом была химия и лучевая терапия. После этого я благополучно прожил семь месяцев и рецидивировал. Если кому-то интересно, в сериале «Доктор Хауз», если не ошибаюсь, в третьей серии третьего сезона — мой случай.

Меня поддерживали родители, и я был достаточно молодым. Конечно, все проходят стадии отрицания диагноза, потом примирения. Нужно с этим как-то жить. Химиотерапия очень похожа на интоксикацию при беременности, я, правда, не знаю, в какой степени. Тебя раздражают запахи, различные вкусы. Химиотерапия, лучевое лечение и оперативное вмешательство — это довольно кардинальное лечение. Но организм может его преодолеть и через некоторое время полностью восстановиться от тяжелых последствий.

Читать еще:  А что государство предлагает вместо беби-боксов?

Человек во время лечения чувствует себя отвратительно. Прежде всего, это связано с тем, что каким-то образом препараты влияют на гормональный фон. Поэтому дают лекарства, которые помогают организму пережить это. Но когда прием прекращается, наступает синдром отмены, и это может доходить до галлюцинаций. Мне, например, казалось, что родители на кухне убивают попугая. Я не знаю, откуда это.

От стероидов появляется агрессия, потребность в насилии, но ее можно перебороть. Во время химиотерапии я не похудел, но выпали волосы. Самочувствие становится нормальным буквально за месяц, когда человек поправляется. Только внешний вид какое-то время сероватый и дохловатый. Но и это довольно быстро проходит.

Что делать, чтобы выжить

— Есть несколько правил, которым люди, больные раком, должны следовать. Прежде всего, никаких бабок, повитух, заговорщиков, массажистов, мануальщиков и прочих. Лечение рака сыроедением — это бред. Питание онкобольных должно быть высококалорийным, потому что организм тратит очень много ресурсов на производство новых клеток. И обязательно нужно выполнять указания врачей. У народных методов лечения нет никакой доказательной базы.

Были случаи, когда поступали в больницу люди, которые после первого обращения решили лечиться травами, молитвами, заговорами, а потом умирали. На соседней койке лежал мальчик из Украины, родители которого принадлежали к одной из религиозных сект, они отказались от медицины и лечили его молитвами. Но когда поняли, что это не помогает, приехали в Минск, но было поздно. Мальчик умер. Тотальная безграмотность населения достигает чудовищных размеров.

Осознание того, что ты не один болеешь, не помогает, а мешает. Больные онкологией люди должны общаться со здоровыми и, по возможности, вести себя как обычно. Даже врачи говорят больным не общаться между собой, потому что может еще больше затягивать в это болото. Многие умирают, на самом деле.

Лекарство от суицида

— Есть мнение, что онкология передается по наследству. В моей палате мучительно умирал парень с неходжскинской лимфомой самой последней стадии. Самым ужасным в этой ситуации было то, что его отец в 23-25 лет заболел такой же болезнью и вылечился. Он завел ребенка, зная, что его болезнь могла передаться по наследству. Я не знаю, как он себя чувствовал.

В один из моментов этот умирающий парень пытался задушить себя цепочкой, но у него не было сил. Я написал записку медперсоналу, и нас сразу перевели в палату с решетками на окнах. Многие люди просто-напросто выходят из окон, поэтому начали ставить решетки и ограничители. В больничных туалетах нет щеколд — эта мера была принята после череды самоубийств.

Поскольку белорусы — одна из самых депрессивных наций, суицидальные мысли возникают, наверное, у многих, независимо от онкологического статуса. У меня возникали мысли о самоубийстве во время лечения. Это, наверное, типичная ситуация.

Психологическая помощь у нас не оказывается. Если человек заболел онкологией и у него появились суицидальные мысли, ему нужна литература, которая поможет справиться с этим. Возможно, это будут книги по психологии и социологии, книги о том, как пережить рак. Есть группы в соцсетях по психологической помощи для онкобольных. Я за помощью к психологу не обращался, потому что у меня была не настолько критическая ситуация. Да, мне было плохо, но не так, как другим.

Главное — диагностика

— Считается, что онкологическая помощь в Беларуси доступна. В принципе, у государства есть мощности, чтобы таких людей лечить. Но в онкологической отрасли есть одна большая проблема — это диагностика. Почему бы президенту перед очередными выборами не оснастить каждую поликлинику компьютерным томографом или аппаратом МРТ? Это был бы прекрасный пиар. В онкоцентре из-за того, что не достает мощностей по той же компьютерной томографии, возникают огромные очереди на несколько месяцев вперед и спекулятивные явления. Ладно минчане. А что делать иногородним? К тому же, выявление болезни на ранней стадии существенно сэкономит деньги на лечение, которые тратит государство.

Онкологию на ранних стадиях можно выявить только с помощью скрининга населения. Но люди у нас почему-то не любят диагностироваться. Они думают, что никогда чем-то серьезным не заболеют, могут с болезнями ходить годами. А не идут к врачу по той же причине, по которой не идут в филармонию слушать классику: у них есть определенные материальные проблемы, и, решая их, они не задумываются о высоком. Люди должны понимать, что нужно себя любить, относиться к себе бережно, не рвать жилы и обращаться к врачу.

Читать еще:  Фильмы, которые стоит посмотреть вместе с детьми

Сейчас есть в Беларуси центр генетического анализа, который использует международные базы данных. Человек может сдать анализ, чтобы типизировали его ДНК и выяснили, к каким заболеваниям у него есть генетическая склонность. Это, правда, недешево. Такой анализ провела Анджелина Джоли, и когда стало понятно, что некоторые ее гены указывают на очень высокий риск онкологии, врач строго рекомендовал удалить молочные железы.

Как вести себя с онкобольным

— С любым больным человеком нужно общаться на равных. Не надо его стигматизировать. Нужно просто делать то, что вы делаете всегда. Не надо акцентировать внимание на болезни. Жалость — это стигматизация. Самое лучшее, что можно сделать для больного онкологией — это общаться с ним так же, как вы общались до этого. Если у вас были плохие отношения, то нужно продолжать общение в их контексте. Это будет лучше, чем если вы будете льстить.

Многие люди начинают помогать больному проживать каждый день, как последний. Но если у человека спрашивают, что бы он сделал, если бы узнал, что ему осталось жить один день, он, вероятнее всего, ответит, что хотел бы провести его, как обычно.

Это тошно, когда тебе говорят, что ты поправишься. Ты понимаешь, что у тебя есть реальные шансы умереть, и слова — это, конечно, вежливо, но раздражает. В принципе, поддержка важна. Но если ты совершил преступление или заболел онкологией, то единственными людьми, которые останутся рядом с тобой, будут твои родители. Если ты успел жениться или выйти замуж, то тогда, возможно, к тебе супруга или супруг будут ходить. Больше никому ты не нужен. Друзья могут приходить, но вся помощь — на родных. Я очень благодарен им, что они меня поддерживали, хотя все у нас было не гладко.

В отличие от людей с тяжелыми инфекционными заболеваниями и ВИЧ-инфицированных, в Беларуси редко стигматизируют людей с онкологическими болезнями. Хотя некоторые люди думают, что онкология может передаваться через какие-то вирусы, но это необоснованно. У людей в головах свалка из средневековых предубеждений.

Хорошо сейчас

— Я перестал бояться смерти. Это позволяет сосредоточиться на том, что сейчас называют пафосным словом «гештальт» — обращать внимание на то, что происходит сейчас, осознавать момент, а не страдать из-за того, что происходило в прошлом или может произойти в будущем. Это позволяет сконцентрироваться на том, как хорошо сейчас.

Я перестал бояться всяких вещей, которые вызывают у людей отвращение. Это касается и физиологических процессов. Я полюбил анатомию. Это осталось после болезни, потому что мне стало интересно, как функционирует наше тело.

Для себя планов на будущее не строю, потому что еще не решил, что мне делать. Я пока живу, как живется, и получаю удовольствие.

Какие бывают боли при раке?

Выделяют следующие виды:

  • острая, возникает при повреждении тканей, а затем уменьшается со временем, по мере заживления. Полное восстановление занимает 3-6 месяцев.
  • хроническая боль (продолжительность более 1 месяца) обусловлена постоянным повреждением тканей. На интенсивность боли могут влиять психологические факторы.
  • прорывная боль — резкое внезапное увеличение интенсивности хронической боли, которое происходит при наложении дополнительных провоцирующих факторов (например, боли в спине при раке позвоночника с метастазами могут резко усилиться (или возникнуть) при изменении положения тела пациента). Из-за непредсказуемости и непостоянности эту боль довольно сложно лечить.

Характер боли при раке может быть постоянным или эпизодическим, т.е. возникающим на время.

Хосписы и центры паллиативной помощи

Паллиативная терапия помогает справиться с болью и продлить жизнь тем пациентам, чье заболевание не поддается лечению. В случае с онкологией это больные с 4–й стадией рака.

В Москве и области существуют 10 хосписов. В большинстве из них работают и сотрудники, которые могут оказывать помощь на дому:

  • Первый московский хоспис — госучреждение, работающее при депздраве Москвы, адрес: улица Доватора, дом 10, телефон: 8-495-245-59-69 ;
  • хоспис №2, расположенный по адресу: улица Талдомская, владение 2А; телефон — 8-495-905-21-94 ;
  • хоспис №3 оказывает помощь онкологическим больным 4-й клинической группы ЮЗАО, находится по адресу: улица Поляны, дом 4, телефон: 8-495- 714-90-18 ;
  • хоспис №4 обслуживает взрослых пациентов СВАО, располагается на 1-й улице Леонова, дом 1, телефон: 8-495-187-50-18 ;
  • хоспис №5 помогает онкобольным всех округов Москвы, а также жителям других регионов, иностранным гражданам и лицам без гражданства. Находится по адресу: улица 3-я Радиальная, дом 2А, телефон: 8-495-779-89-11 ;
  • хоспис №6 в Зеленограде, адрес: проезд 657, дом 1, телефон: 8-495-537-15-47 ;
  • хоспис №7 находится по адресу: Куркинское шоссе, дом 33, телефон: 8-495-730-99-67 ;
  • хоспис №8 находится на 2-й Вольской улице, дом 21, телефон: 8-495-706-69-44 ;
  • хоспис на дому для детей с онкозаболеваниями, адрес: Каширское шоссе, дом 24, телефон: 8-495-324-43-17 , адрес электронной почты: info@childhospice.ru;
  • Московская область — город Дубна, улица Флерова, дом 11. Телефон: 8-09621-5-95-38 ; служба ухода на дому 8-09621-4-59-56 .
Читать еще:  Объективные причины принятия христианства на руси. Мнения учёных и историков

Онкологическим больным окажут психологическую помощь

Экстренная госпитализация в онкодиспансер

Если пациент живет в городе, где есть профильные онкологические клиники (Москва, Санкт-Петербург, Казань, Екатеринбург), в которых он проходил ранее лечение, то считается оптимальным вариант госпитализировать его именно сюда. У этого решения есть целый ряд важных преимуществ:

    В онкодиспансере сохраняется вся прошлая медицинская документация касательно истории болезни пациента; Лечением будет непрерывно руководить один врач-онколог; Профильные специалисты лучше знают, что могло стать причиной возникновения осложнения и что делать в такой ситуации.

Поэтому при экстренной госпитализации пациента обычно кладут в то самое отделение, где он ранее лечился. Исключением из правила остаются очень тяжелые пациенты, которых сразу переводят в отделение интенсивной терапии.

Совет № 4 Посетите как минимум двух врачей для получения независимого мнения о диагнозе и лечении.

В случае с онкологическими заболеваниями, как в прочем и с другими, очень верна поговорка: «сколько врачей, столько и мнений». Одно и тоже заболевание врачи могут трактовать по разному, а тем более назначать лечение, в зависимости от своего опыта и практики. Иногда рекомендуемые методы лечения могут сильно противоречить друг другу. Здесь Вы должны полагаться на свою интуицию. Может быть, найти других пациентов, кто уже проходил лечение у этого врача. Попросите у них отзывы и рекомендации. Будем надеется, что Вам повезет с лечащим врачом!

Уважайте мнение заболевшего

Нам часто кажется, что мы мудрее и разумнее, чем заболевший близкий, и что со стороны нам лучше видно. На самом деле важно то, что думает о своей болезни и происходящем сам этот человек, а не его друзья или родственники. И если, к примеру, человек религиозен, а вы нет, не нужно его переубеждать, лучше переключите свои ресурсы на организационные вопросы.

Тяжёлая болезнь — большой стресс и изменение картины мира, и поначалу каждый заболевший человек и его близкие задают себе философские вопросы «Почему я? За что?». Но потом, как отмечает онколог, они видят, что не одиноки — это коснулось половины ленты фейсбука, а онкоцентры постоянно переполнены. Не нужно спрашивать себя, почему произошло именно это; важно понять, что болезнь не наказание лично вам и не кара небесная. И даже болезнь близкого можно воспринимать, как важнейшее упражнение, которое дала вам жизнь, чтобы узнать, сколько в вас на самом деле любви и сострадания.

Рак печени

При поражении опухолью печени, она очень быстро разрастается и повреждает внутренние ткани органа. В результате возникает желтуха. Пациент чувствует сильные боли, повышается температура, больного тошнит и рвет, нарушение мочеиспускания (моча может быть с кровью).

Перед самой смертью, врачи стараются медикаментозно уменьшить страдание самого больного. Смерть от рака печени очень тяжелая и мучительная с большим количеством внутренних кровотечений.

В госпитализации при онкологии могут отказать:

• недостаточное количество высококвалифицированных врачей;
• дефицит койко-мест, ведь сегодня многие больницы перегружены пациентами;

Стоит также заметить, что среди онкологов есть негласное правило, согласно которому в первую очередь госпитализируют онкологически больных пациентов с начальной стадией, у которых шансы на выживание гораздо выше, чем у больных с запущенной 4 стадией.

В большинстве случаев забота и уход за больным ложатся на плечи родственников, но если у семьи нет достаточного количества средств, то пациент обречен умирать в муках.

Срок получения квоты

Квота на лечение рака предоставляется по специальному талону, который выдают человеку при регистрации на учете в качестве онкобольного. Срок получения медицинских услуг по талону не определен.

После получение квоты медцентр в течение 7 дней принимает решение о госпитализации пациента.

Дата госпитализации зависит от нескольких условий:

  • состояние пациента и необходимость срочной операции;
  • наличия бюджетных (льготных) мест.

Если на текущий момент льгота на лечение рака отсутствует, ее можно получить в будущем, когда льготы вновь будут доступны. Таково правило — льготы предоставляются в порядке очереди.

Если же больному требуется неотложная помощь и лечение, он может оплатить медицинские услуги самостоятельно. Предъявив затем определенные документы ответственным лицам в Департаменте здравоохранения, гражданин сможет компенсировать свои затраты.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Adblock
detector