0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Николай шабуров директор центра изучения религий рггу. Шабуров, николай витальевич

Николай Шабуров: «изучение религии учит думать»

«Чистовик» поговорил с Николаем Шабуровым, кандидатом культурологии, профессором и руководителем Учебно-научного Центра изучения религий РГГУ: об истории и актуальности изучения религии, учебном процессе и работе религиоведов.

— Николай Витальевич, Центр по сравнительному изучению мировых религий РГГУ был основан в далеком 1992-ом году, но каковы были цели создания подобной научной структуры?

В то время отечественное религиоведение находилось в зачаточном состоянии. Поясню: было немало замечательных исследователей, занимающихся теми или иными аспектами изучения религии, но религиоведения как области знаний не существовало. Ведь в поздние советские годы религиоведение только начинало конституироваться в рамках официально признанного «научного атеизма». Это была идеологическая дисциплина, ставящая задачу бороться с религией, которая должна была исчезнуть по мере построения коммунистического общества. Таким образом, знание о религии было нужно для того, чтобы более эффективно с ней бороться. Но подобный подход не совместим с подлинной научностью.

После 1991 года большинство кафедр научного атеизма, которые существовали на философских факультетах многих университетов, было переименовано в кафедры религиоведения. Таким образом, эти кафедры, во-первых, сохранили институциональную связь с бывшим научным атеизмом, во-вторых же, часто изучали религию с той или иной философской позиции.

Нам повезло: в Московском историко-архивном институте, на базе которого был создан Российский государственный гуманитарный университет, не было кафедры научного атеизма, и мы начинали с чистого листа. Мы — несколько энтузиастов — осознавали крайнюю важность объективного научного изучения религии, и когда по инициативе первого ректора РГГУ Ю.Н.Афанасьева был создан Центр по сравнительному изучению мировых религий, мы пригласили работать в нем историков, исследователей культуры, востоковедов, которые уже давно в рамках своих дисциплин изучали религию.

Это были люди разных мировоззрений (и сейчас наши преподаватели не придерживаются какого-то единого мировоззрения), но нас объединяло и объединяет убеждение в возможности и даже необходимости научного подхода к религии и понимание того, что университетская кафедра — это не церковная кафедра и не общественная трибуна. Для нас равно неприемлемы и конфессионально-апологетическая позиция, и какая бы то ни было борьба с религией.

И есть еще специфика, отличающая религиоведение в РГГУ от подхода других религиоведческих кафедр и центров. При том, что мы уделяем большое внимание изучению философских дисциплин, основной упор делаем на изучение истории религий, анализ современной религиозной ситуации в России и мире, на исследование религиозных феноменов и процессов в контексте социологии и культурной антропологии, а также на изучение базовых текстов ведущих религиозных традиций.

— В чем актуальность религиоведческого знания для современного российского общества?

Я позволю себе ответить вопросом на вопрос: актуальна ли религия? Думаю, что все, верующие и неверующие, ответят одинаково: да, актуальна, поскольку религия играет большую роль российской общественной жизни, да и ее роль в мире возрастает.

Тогда следующий вопрос: а нуждаемся ли мы, нуждается ли российское общество в объективном знании о религии? Да, конечно. Добавлю, что без понимания религии невозможно и понимание, и самопонимание нашего общества.

Религиоведение и дает знание о религии, знание о ее роли в жизни современного человека, о функциях религии в современном обществе, о процессах, которые происходят в различных религиях, об истоках и причинах религиозных конфликтов.

— Николай Витальевич, что собой представляет религиоведение и чем оно, скажем, отличается от теологии?

Современное религиоведение — это комплекс дисциплин, изучающий религию как феномен в широком смысле человеческой жизни, влияние религии на общество и культуру и, наоборот, влияние общественных процессов на религию. Религиоведение включает такие дисциплины как история религии, социология религии, психология религии и др. Отечественная традиция включает в религиоведение философию религии, в то время как на Западе принято рассматривать философию религии как самостоятельную дисциплину. Во всех случаях религиоведение и философия религии тесно связаны друг с другом.

Что же касается теологии, то это конфессиональная дисциплина, которая прежде всего говорит о Боге. Само слово «теология», по русски «богословие», обозначает знание о Боге. Теология намного древнее религиоведения: если последнее сформировалось во второй половине XIX века, то, например, христианская теология возникла в первые века нашей эры. Это одна из причин, по которой предметные поля теологии и религиоведения пересекаются, однако различия носят принципиальный характер: теология мировоззренчески окрашена — теологией может заниматься только последователь теизма, учения, согласно которому мир сотворен и управляем личностным Богом. Религиоведение в гораздо большей степени нейтрально.

Однако религиоведение и теология, по моему мнению, не обязательно должны конфликтовать; предпочтительнее сотрудничество, но следует соблюдать границы: религиоведение не занимается подтверждением или опровержением бытия Бога, а теология должна признавать, что объективный научный подход к религии оправдан и она не должна подменять религиоведение.

Мы, кстати, в преддверии эксперимента: собираемся в близкой перспективе открыть направление «Теология». Так что сосуществование и одновременно разграничение религиоведения и теологии для нас вопрос не только теоретический.

-Должен ли абитуриент быть религиозным человеком или религиоведом может стать агностик, и даже атеист?

Интересно. Обычно, наоборот, спрашивают, может ли религиовед быть верующим человеком. Это объясняется тем, что некоторые считают религиоведение продолжением научного атеизма, что в корне неверно. Религиоведом может быть как верующий, так и неверующий. В нашем преподавательском коллективе есть люди разных мировоззрений, но в главном мы едины: нас объединяет понимание того, что необходимо научное объективное изучение религии. И у нас принципиальная позиция: мы не спрашиваем ни абитуриентов, ни студентов об их мировоззрении или конфессиональной принадлежности. Другое дело, что многие сами говорят об этом.

За годы нашего существования у нас учились и учатся православные, католики, протестанты, иудеи, мусульмане, буддисты, атеисты, агностики. И у нас атмосфера толерантности и доброжелательности. Ни разу ничьи чувства не были задеты — ни верующих, ни атеистов.

– Как вы считаете, исходя из вашего богатого преподавательского опыта, почему абитуриенты выбирают такую редкую специальность?

Мне тут трудно быть объективным — я фанат религиоведения. Изучая религию, мы изучаем и историю, и современное общество, и культуру, включая литературу и искусство, и философию, и политику, и глубины человеческого сознания и человеческой психики. Понимание религии — это тот ключ, владение которым открывает дверь почти ко всем сферам человеческого существования. Это интересно, это захватывающе, это круто!

Так что меня скорее удивляет и огорчает, что не так много молодых людей выбирают религиоведение.

— Что изучают студенты-религиоведы и какую практику проходят во время учебы?

Начну с рассказа о том, как мы устроены. Студенты, поступающие на направление «Религиоведение», поступают в Учебно-научный центр изучения религии (сокращенно — ЦИР) РГГУ. Это что-то вроде минифакультета: мы не входим в состав какого-либо другого подразделения нашего университета, у нас отдельный набор и свой деканат. У нас работает 14 преподавателей и один документовед. Среди преподавателей — 6 профессоров, 7 доцентов и один старший преподаватель. Или иначе — 4 доктора наук (по одному — исторических, философских, психологических и культурологии), 9 кандидатов наук (7 — исторических и 2 — культурологии) и один преподаватель без степени. Все они — специалисты высочайшего уровня.

В этом году открылась Кафедра истории религий при нашем Центре.

У нас две ступени — бакалавриат и магистратура. Есть также аспирантура и система дополнительного образования. В это году мы набираем 18 человек на бюджетные (т. е. бесплатные) места в бакалавриат и 10 человек на бюджетные места в магистратуру. Кроме того, можем принять еще 7 человек на бакалавриат и 5 человек в магистратуру на платной основе.

На бакалавриат (срок обучения — 4 года) принимают с аттестатом о среднем образовании, т.е. после школы, в магистратуру (срок обучения — 2 года) тех, кто имеет диплом бакалавра или специалиста (по любому направлению).

Читать еще:  Поздравления с днем святого николая в стихах. Поздравления ребенку с днем святого николая Поздравления от имени св николая

Что изучают наши студенты? Начну с бакалавриата. Не буду останавливаться на обще гуманитарных дисциплинах, обязательных согласно Госстандарту (История России, Всеобщая история, Философия, Иностранный язык и др.), сосредоточусь на дисциплинах специальных. Профилирующим предметом для нас является История религий. В ее рамках студенты изучают Религии древности (Египет, Двуречье, Греция и Рим) — семестр, Иудаизм — семестр, Христианство — 2 семестра, Ислам — семестр, Индуизм — семестр, Буддизм — семестр, Религии Дальнего Востока (конфуцианство, даосизм, синто) — семестр. Отдельные исторические дисциплины — История религии в России, История религиозных конфликтов в Европе в VII – XVII вв., История православия в ХХ веке, Религия в современном мире. Параллельно Истории религии изучается дисциплина Священные тексты авраамических религий — по семестру читают и анализируют ТАНАХ (Еврейскую Библию), Новый Завет и Коран.

Также надо упомянуть такие дисциплины, как Введение в религиоведение (семестр), История религиоведения, Методы религиоведения, Методика преподавания религиоведения, Полевые исследования в религиоведении (студентов обучают работе с верующими, методике проведения опросов и т. д.), Архивные исследования в религиоведении, Религиоведческая экспертиза, Культовые практики религий мира, История свободомыслия (2 семестра), География религии (семестр), Новые религиозные движения (семестр), Свобода совести и конфессиональные отношения.

Связям религии и культуры посвящены такие дисциплины как Религия и искусство (3 семестра: полноценный курс истории искусства с акцентом на религиозные сюжеты), Религия и кинематограф, Свободомыслие в европейской литературе XVII – XX веков, Религия в массовой культуре.

На старших курсах изучаются такие теоретические дисциплины как Социология религии, Антропология религии, Психология религии, Наука и религия, Философия религии.

На выбор предлагаются языки религиозных традиций: библейский иврит, древнегреческий, латинский, коранический арабский, санскрит, церковнославянский.

Надо упомянуть и спецкурсы и курсы по выбору, которые отражают многообразие интересов наших преподавателей и студентов: Коллективная память, травма и религия, Гендерная проблематика в авраамических религиях, Иудаизм эпохи Второго Храма:основные течения, тексты, топосы, Между иудаизмом и христианством: апостаты, еретики, сектанты, Введение в чтение гностических текстов, Введение в чтение герметических текстов, История древних восточных церквей, Религия на Кавказе, Духовное христианство и субботники, Медиумизм как историко-культурный феномен, Современный спиритуализм: история, учение, практика.

Важнейшей частью обучения являются практики. Их три: Ознакомительная практика «Знакомство с религиозной жизнью Москвы и Подмосковья» на первом курсе (экскурсии в религиозные общины, знакомство с религиозными лидерами и верующими), Архивная практика на втором курсе и преддипломная педагогическая практика.

Магистратура — это уже продвинутый уровень. Ее проблематика — «Религия в современном мире». Предполагается, что базовые знания о религии у поступающих в магистратуру имеются. Перечислю некоторые (далеко не все) дисциплины, которые преподаются в нашей магистратуре: История изучения религии, Классические и современные теории религии, Религиоведение в информационную эпоху, Новые социальные медиа и религия, История религиозной философии, космологии и эсхатологии, Эзотерика и мистика: старые и новые формы, Религия и политика, Религия и секулярный мир, Религия и гендерные исследования, Религия в СССР, Религия в современной России и постсоветских странах, Православие в России: история и современность, Библия в русской литературе XIX – XX вв., Богословие невинного страдания в ХХ веке.

Что еще? Научные семинары, к работе которых активно привлекаются студенты (как бакалавриата, так и магистратуры). Мы с конца 2018 года издаем научный журнал о религии Studia Religiosa Rossica, и там публикуются работы студентов. Оговорюсь: наши требования к публикуемым материалам очень высоки, и статьи студентов мы помещаем, не делая никаких скидок. Возможность зарубежных стажировок.

И — last but not least – замечательная атмосфера, внимательное отношение к студентам и их интересам.

Рекомендую желающим узнать о нас подробнее обратиться к нашему сайту , а также к нашим страницам в социальных сетях — Facebook и Вконтакте

— Как обстоит дело с дальнейшим трудоустройством выпускников?

Хотел бы я ответить, что прекрасно. Но проблемы имеются. Мы их разделяем с представителями таких гуманитарных дисциплин, как историки, филологи, искусствоведы, этнологи, культурологи. Но есть один нюанс. Строго по специальности устраиваются около половины наших выпускников. Куда именно? Школы, музеи, СМИ (несколько наших работало в приложении в «Незавмсимой газете» — «НГ-религия»), государственные и муниципальные органы, работающие с религиозными организациями, сами религиозные организации. Получившие диплом магистра могут преподавать в вузах, поступить в аспирантуру и посвятить себя научной деятельности в сфере изучения религии. Однако — мы ведем подобный мониторинг — хорошо устраиваются практически все. Почему? Несколько причин. Диплом РГГУ вообще ценится очень высоко. Кроме того, я уже говорил о том, что, получив знание о религии, наш выпусник научается хорошо ориентироваться во всей гуманитарной сфере. И еще одна причина. Мы регулярно встречаемся с выпускниками, и как-то одна выпускница — мы как раз обсуждали проблему трудоустройства — сказала: «В ЦИРе очень хорошо мозги ставят».

Религиоведение в России de jure: исследователи религии решили формализовать отношения и иметь профессиональные стандарты

1 Апреля 2018 г. состоялось итоговое заседание рабочей группы «Большой кафедры религиоведения и религиозных отношений» по реализации требований законодательства Российской Федерации в части организации и обеспечения деятельности профессиональных сообществ.

Решения о институциональном оформлении религиоведческого сообщества России были приняты на апрельском симпозиуме Большой кафедры 2016 г. «Религия в аспектах философских, теологических, религиоведческих подходов: проблемы определения объекта и экспертизы». В 2017 г. на итоговом симпозиуме «Большой кафедры» «Взаимодействие государственных, общественных и религиозных институтов: проблемы безопасности, устойчивости и воспроизводства» вопрос о базовых принципах организации и деятельности сообщества был вынесен на общественное обсуждение и по итогам было принято решение об учреждении Экспертного совета исследователей религии и религиозной жизни при Кафедре государственно-конфессиональных отношений РАНХиГС для дальнейшей апробации форм взаимодействия с учетом опыта координации деятельности в рамках Ассоциации российских религиоведческих центров.

За истекший период рабочая группа рассмотрела поступившие в адрес Экспертного совета «Большой кафедры» предложения и позиции представителей сообщества, работающих в Северо-Западном, Центральном, Поволжском, Южном, Кавказском, Сибирском, Уральском и Дальневосточном регионах страны и по итогам анализа предлагает определить следующее:

1) Профессиональное общество исследователей религии образуется на национальном уровне и в своей административно-организационной деятельности учитывает принцип территориальности – исследователи, являющиеся членами национального сообщества, обеспечивают свою координацию на региональном уровне – организуют региональное представительство. (Координатор – исполнительный директор регионального отделения является членом Управляющего совета Общества.)

Учитывая историю становления Религиоведения как отрасли знания и признавая особую значимость религиоведческих региональных учебно-научных центров, действующих в структуре системы образования и науки Российской Федерации, а также опыт координации их деятельности на уровне общественно-консультативных советов, Сообщество признает значимость коллективного, ассоциированного членства – сохраняет в своей структуре Совет Ассоциации российских религиоведческих центров. (Ученый секретарь-координатор Ассоциации является членом Управляющего совета Общества.)

2) Общество создается по признаку профессиональной деятельности – в него входят специалисты должным образом удостоверившие уровень своих профессиональных компетенций и квалификаций – имеющие образование не ниже высшего профессионального и работающие в отраслях хозяйства, связанных с изучением и воспроизводством предмет-объектной области, которая определяется как «Религиозный комплекс» и зафиксированна в том числе в паспорте научной специальности 09.00.14 Философия религии и религиоведение.

Академическое понимание «Религиозного комплекса» является той демаркационной линией, по которой определяются:

  • отраслевое (профессиональное) отличие данного Общества от всех иных профессиональных отраслевых, включая теологические, обществ и групп специалистов (исследователей);
  • личная позиция каждого специалиста (исследователя), претендующего на членство в Обществе.

В целях эффективного воспроизводства предмет-объектной области и с учетом профессиональных интересов специалистов (исследователей), Общество обеспечивает внутри-отраслевую диверсификацию организационно-управленческой структуры – в Обществе создаются Отделения, соответствующие структуре предметной области знаний о религии – Религиоведения. (Ученый секретарь-координатор отраслевого Отделения является членом Управляющего совета Общества.)

3) Осознавая особый статус в жизни человека и общества религиозных явлений, а в жизни государства идеологии, их исследователи, следуя академическим (научным) традициям – образуя профессиональное сообщество, исходят из четкого понимания следующих оснований / принципов:

  • философские системы и доктрины (философия), религиозные системы и доктрины (теология) и общенаучное знание о них – религиоведение (религиоведческие подходы и системы) одновременно являются и системообразующими, универсальными элементами национальной картины мира (бытия), и инструментами обеспечения идеократической функции общества и государства, а потому имеют высокие риски ангажирования – быть политизированными и идеологизированными;
  • принципиально (категорически) и последовательно обеспечивая де-политизацию и де-идеологизацию своей профессиональной деятельности – любого рода ангажированность, – специалист (исследователь) претендует иметь статус члена профессионального академического сообщества и выступать в этой роли в интересах общества и государства; при этом его мировоззренческая уникальность обеспечивается личным творческим актом – способом интерпретации полученных результатов в рамках конкретно-научного подхода, реализуемого в контексте конкретной метафизической системы.
Читать еще:  Защитные нападающие знаки и символы в магии. Магические символы и их значение

Настоящее профессиональное сообщество создается в целях эффективного, научно обоснованного (академического) воспроизводства предмет-объектной области в интересах человека, общества и их государства на национальном уровне, в Российской Федерации, и обеспечения заинтересованного профессионального диалога на межрегиональном, межнациональном уровнях.

Определившись в настоящих базовых принципах организации деятельности по созданию «Национального общества исследователей религии», рабочая группа вносит следующие предложения:

1) На период до работы Съезда российских религиоведов, который пройдет в рамках работы IV Конгресса российских исследователей религии (Благовещенск, 24-26 Сентября 2018 г.), назначить исполняющими обязанности:

  • Председателя Управляющего совета проф. А.П. Забияко
  • Вице-председателя Управляющего совета проф. Н.В. Шабурова
  • Исполнительным секретарем Управляющего совета доц. С.А. Панина
  • Ученым секретарем-координатором Управляющего совета проф. В.В. Шмидта
  • Председателем Московского регионального отделения – членом Управляющего совета проф. Е.С. Элбакян
  • Исполнительным секретарем Московского регионального отделения доц. А.В. Апполонова
  • Председателем Нижегородского регионального отделения – членом Управляющего совета доц. П.Б. Чуприкова
  • Председателем Сибирского регионального отделения – членом Управляющего совета проф. Ю.Ф. Абрамова
  • Исполнительным секретарем Сибирского регионального отделения доц. Р.Ю. Зуляр

2) Поручить В.В. Шмидту и А.В. Апполонову доработать пакет уставных документов по межрегиональной общественной организации «Национальное общество исследователей религии» и провести консультации с председателем Оргкомитета Всероссийского симпозиума «Большой кафедры» проф. В.В. Кравчук в целях его рассмотрения и обеспечения процедуры учреждения на предстоящем 23-24 апреля 2018 г. Симпозиуме.

Члены рабочей группы:

  • Абрамов Юрий Федорович, зам. заведующего кафедрой религиоведения и теологии Иркутского государственного университета
  • Апполонов Алексей Валентинович, доцент кафедры философии религии и религиоведения философского факультета МГУ им. М.В. Ломоносова
  • Аринин Евгений Игоревич, заведующий кафедрой философии и религиоведения Владимирского государственного университета
  • Винокуров Владимир Васильевич, доцент кафедры философии религии и религиоведения философского факультета МГУ им. М.В. Ломоносова
  • Забияко Андрей Павлович, заведующий кафедрой религиоведения и истории Амурского государственного университета, член Управляющего совета Ассоциации российских религиоведческих центров
  • Кравчук Вероника Владимировна, заведующий кафедрой государственных отношений ИГСУ РАНХиГС
  • Панин Станислав Александрович, доцент кафедры философии Российского химико-технологического университета им. Д.И. Менделеева
  • Человенко Татьяна Григорьевна, заведующий кафедрой религиоведения и теологии Философского факультета Орловского государственного университета им. И.С. Тургенева
  • Шабуров Николай Витальевич, руководитель Учебно-научного Центра изучения религий Российского государственного гуманитарного университета
  • Шмидт Вильям Владимирович, профессор кафедры государственных отношений ИГСУ РАНХиГС, член Управляющего совета Ассоциации российских религиоведческих центров
  • ЩербакСергей Викторович, старший преподаватель факультета религиоведения Свято-Филаретовского православно-христианского института
  • Элбакян Екатерина Сергеевна, директор Центра религиоведческих исследований «РелигиоПолис»,

Абитуриентке не разрешили приходить в мусульманском платке на подготовительные курсы

Скандалом закончилась попытка девушки пройти через проходную МГИМО, чтоб записаться на подготовительные курсы для поступления в этот вуз. Охранник учебного заведения не пустил ее в университет, пояснив, что в религиозном головном уборе в МГИМО проходить нельзя. Об этом в социальной сети Facebook написала сестра абитуриентки. «Моя сестренка — медалистка с красным дипломом — подала документы на поступление в МГИМО, пришла на курсы по подготовке к вступительным экзаменам. Ее не пустили охранники, сказав, что есть распоряжение, что нельзя пройти в здание вуза в хиджабе, тем более — учиться», — говорится в ее посте.

Чуть позже она дополнила это сообщение другой записью, в которой призвала мусульманское сообщество не оставаться равнодушным к этой ситуации. «Я заканчивала свой вуз в хиджабе, и мы даже молились джамаатом (мусульманским сообществом. — «Газета.Ru») на пролете лестницы, другие студенты очень уважительно относились к этому. Я даже не предполагала, какой беспредел творится сейчас. А, судя по комментариям, ситуация критическая.

Что нам говорят, фактически не стесняясь? Не нужны нам образованные мусульманки.

Вот и все. Хочешь учиться — снимай хиджаб. И ведь многие девочки сняли, а закончив, уже не смогли покрыться вновь. Я в хиджабе, это мой выбор, я не мешаю никому своим платком, я не принуждаю никого одеваться так же. Но я не могу молча наблюдать за тем, как откровенно издеваются над нашей обязанностью — покрывать свое тело. Кстати, мы говорили с заместителем проректора. Он сказал, что в МГИМО нельзя носить одежду, подчеркивающую религиозную принадлежность», — написала сестра абитуриентки.

После того как об инциденте написал ряд российских СМИ, его прокомментировали в Министерстве образования и науки Российской Федерации. «Любое ограничение доступа в организации высшего образования по указанным причинам недопустимо. Требования к внешнему виду студентов должны быть установлены правилами внутреннего распорядка вуза, а администрация вуза должна следить за выполнением этих требований», — сообщили агентству «Россия сегодня» в пресс-службе ведомства.

В министерстве добавили, что право на образование в России гарантируется независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного, социального и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям и других обстоятельств. В пресс-службе МГИМО «Газете.Ru» заявили, что

при выборе места обучения абитуриентам нужно задуматься о том, «как принятые в домашнем кругу традиции и обычаи сочетаются с традициями и правилами вуза».

«МГИМО на протяжении семи десятилетий формировался как многофункциональный и светский вуз. Формировались традиции поведения, традиции и правила отношений между студентами и преподавателями, нормы общественного поведения, в том числе связанные с внешним видом работающих и обучающихся в МГИМО», — отметили в пресс-службе учебного заведения. В МГИМО добавили, что, согласно официальным данным, в университете учатся представители более чем 50 зарубежных стран и уроженцы 80 регионов РФ. «Для МГИМО характерно, и это объясняется его советским прошлым, как уважение к сторонникам материалистических концепций развития, так и неустанное взаимодействие со всеми традиционными для России религиозными конфессиями», — рассказали в университете. Как бы то ни было, адвокат Мурат Мусаев уже написал открытое письмо министру иностранных дел Сергею Лаврову с просьбой вмешаться в эту ситуацию.

«Газета.Ru» побеседовала на эту тему с бывшим заместителем главного редактора журнала «Мусульманка» Насимой Боковой, исламоведом Раисом Сулеймановым и директором Центра изучения религий в РГГУ Николаем Шабуровым.

— Как вы думаете, а есть ли вообще у нас в обществе конфликт, связанный с ношением мусульманками хиджаба в общественных местах?

Экс-заместитель главного редактора журнала «Мусульманка» Насима Бокова: Я живу в Москве и ношу хиджаб уже 15 лет. По моему опыту, все сильно зависит от того, как он выглядит. Из-за ряда материалов в СМИ есть определенный стереотип в отношении этой одежды. Если платье слишком широкое, а хиджаб темный, то люди настораживаются. Если он выглядит более или менее современно, например, женщина надела широкие джинсы, широкую тунику и не однотонный и не темный платок, который не выделяет человека из толпы, то люди до 30 лет, как правило, ведут себя довольно открыто и приветливо. Возможно, это связано с тем, что люди этого возраста больше путешествовали, чаще видели женщину в хиджабе в других странах, а потому мыслят менее консервативно в отношении этой одежды. У меня дети посещают школу, я хожу на родительские собрания в хиджабе, и все ведут себя вполне адекватно, нормально общаются со мной.

Люди, как только слышат от мусульманки, которая носит традиционную одежду, нормальную русскую речь, перестают вести себя по отношению к ней настороженно.

Читать еще:  Шаманская болезнь — что это такое? Шаманская болезнь – не лечится! Шаманские болезни проявления.

Что касается регионов, то, стоит отъехать совсем недалеко от Москвы, там недоверие к женщине в хиджабе гораздо сильнее чувствуется. Может, это связано с тем, что там люди совершенно не привыкли к присутствию мусульман в такой одежде.

Исламовед, эксперт Института национальной стратегии Раис Сулейманов: В местах компактного проживания мусульман — Татарстане, Башкирии, республиках Северного Кавказа — девушки в хиджабах совершенно спокойно посещают занятия в вузах. Более того, у нас в Казани есть преподавательницы Казанского государственного университета, которые надевают эту одежду и в ней преподают. Это не вызывает ни у кого вопросов. Здесь много активно верующих людей, которые таким образом одеваются и ходят по улице. В других же регионах по этому поводу устраиваются скандалы, когда местные власти, чиновники, общество в целом воспринимают человека, приходящего в религиозном головном уборе, как покушение на светскость. Мы знаем такие примеры в Мордовии и Ставропольском крае. Причем в Мордовии, например, была ситуация, когда девочки приходили в среднюю школу в хиджабе. Местное министерство образования запретило им это делать. В итоге родители дошли до Верховного суда РФ, но он стал на сторону мордовских чиновников. Судьи ссылались на федеральное законодательство, однако в том же Татарстане или Башкирии местные власти толкуют его так, что оно не препятствует появлению студенток в аудиториях в традиционных мусульманских платках.

Сами мусульмане подчеркивают, что факт ношения платка не говорит об агрессивных намерениях того, кто его надел. В случае с Мордовией и Ставропольем родители этих детей перестали пускать в школу учеников и перешли на домашнее образование. И это при том, что дети хорошо учились. Как будут решать этот вопрос в Москве — неизвестно. Многое зависит от руководства вуза.

Директор Центра изучения религий РГГУ Николай Шабуров: Слово «конфликт», наверное, слишком резкое. Но инциденты на этой почве бывают. Что-то подобное было в Ставрополье. Здесь требуется какой-то единый подход к ученикам, которые ходят в подобной одежде. У нас нет законодательного запрета носить хиджабы в публичных местах, более того, мусульманки добились разрешения фотографироваться в хиджабе на паспорт. А раз так, то нет у нас правовых оснований не пускать девушку в традиционной исламской одежде на территорию вуза.

Вопрос еще в том, придерживается ли МГИМО единого критерия по отношению к исповедующим разную религию людям?

Православным девочкам в платочках и носящим крест так, что это видно, можно туда приходить? Иудеев в кипе пускают?

В общем, считаю, что в данном случае представители вуза не правы.

— А Коран однозначно требует от женщины носить платок или оставляет этот вопрос на усмотрение самой женщины? Ведь есть примеры, когда мусульманки его не носят.

Насима Бокова: Да, его ношение обязательно. По всем правилам женщина должна покрываться. Все зависит от уровня веры женщины, какие-то женщины принимают для себя решение носить хиджаб, какие-то — нет. Но ислам определил, что женщине надлежит покрываться. По канонам этой религии она должна быть покрыта в общественном месте в присутствии других мужчин. Снимать ей платок разрешено только в случаях прямой угрозы для жизни, когда не снимать его опаснее, чем снять.

Раис Сулейманов: В большинстве случаев ислам позволяет делать отступления от этого правила. В Коране говорится, что женщина должна покрывать себя и не обнажать свое тело, однако самого слова «хиджаб» там нет. Носить именно его — это уже традиция, которая возникла позже. Но

от того, что женщина перестанет надевать платок, она не перестанет быть мусульманкой. Самое главное — не ношение каких-то атрибутов. Важнее твои внутренние принципы и взгляды.

— В ряде стран мира, например во Франции или в Бельгии, есть запрет на ношение никаба — фактически маски для женщин, которая закрывает лицо. Как вы думаете, имеет ли смысл вводить подобное жесткое законодательное регулирование одежды для мусульман?

Насима Бокова: Нет конечно, более того, необходимо прекратить травлю ислама и мусульман в СМИ. Смотрите, допустим, по телевизору передают сообщение о каком-то теракте. И зачастую видеорядом идут кадры, где присутствуют женщины в исламских платках. Это приводит к определенным стереотипам в отношении мусульман. К слову «ислам» автоматически приписывается слово «экстремист». Люди зачастую знают об исламе только то, что видят о нем по ТВ. У нас мало просветительских программ, не преподают в школах религиоведение, не объясняют ничего про ислам так, чтобы это было интересно и понятно. Отсюда возникают конфликты.

Раис Сулейманов: Думаю, что, если у нас введут подобные запреты, это только усилит конфликт в обществе. Если мы установим жесткие требования к одежде, то возникнут вопросы и к другим людям, не мусульманам. Например, кому-то не понравится, что люди ходят в рваных джинсах (а это сейчас снова стало модным). Мусульманки же ходят в кафе или Пенсионный фонд в платках, никто их из подобных мест не выгоняет. Сегодня у нас проживает около 20 млн мусульман. Это наверняка несколько завышенная цифра, так как в нее включают и трудовых мигрантов, которые приезжают на заработки. Так что реально в России постоянно живут около 15 млн людей, исповедующих ислам. Это вторая по численности конфессиональная группа, пускай и не все ее представители сильно верующие. Не надо провоцировать конфликт между людьми искусственно.

Николай Шабуров: Мне кажется, не стоит. Если у нас есть светский вуз и он исповедует какие-то светские ценности, то вряд ли при этом надо сосредотачиваться на деталях одежды. Я работаю в РГГУ, у нас есть девушки в хиджабах, но есть и девушки, которые ходят летом в шортах. Не вижу ничего предосудительного ни в первом, ни во втором случае.

Не думаю, что ношение хиджаба влияет на учебный процесс и мешает получать знания.

В РГГУ я руковожу центром изучения религий. У нас есть практика, когда мы водим студентов в разные религиозные общины Москвы. За много лет у меня бывали случаи, когда те или иные студенты говорили, что не могут идти в ту или иную религиозную общину, так как это претит их религиозным чувствам. Тогда я им отвечал, что это говорит об их профессиональной несостоятельности. Религиовед не должен иметь таких ограничений. Что касается одежды или других атрибутов религиозной принадлежности — не думаю, что стоит их запрещать.

— Что, на ваш взгляд, можно сделать, чтобы свести к минимуму вероятность возникновения межрелигиозных конфликтов в нашем обществе?

Насима Бокова: Надо, чтобы люди больше общались друг с другом. Почему бы, например, не сделать в вузе вечер, посвященный исламу, на котором девушка расскажет своим подругам-немусульманкам об исламе? Нам навязывают толерантность к другим культурам, в том числе, не хочу никого обижать, и к представителям иных сексуальных культур. При этом не говорят о свободе выбора одежды для представителей разных религий.

Почему можно быть гомосексуалистом, но нельзя быть мусульманином?

Я помню, что дважды участвовала в проекте «Живая книга». Его суть в том, что к тебе подходит человек и задает абсолютно любой вопрос по теме, в моем случае — ислама. Так вот, тогда я поняла, что подавляющее большинство людей у нас ничего не знают о мусульманстве и мусульманах.

Раис Сулейманов: Если говорить об одежде, то надо прописать в инструкциях для вузов дресс-код, где бы говорилось об исключении в одежде для верующих. Чтобы люди могли бы спокойно ходить с крестиком, надевать ермолку или хиджаб.

Николай Шабуров: Необходимо просвещение, в том числе воспитание толерантности у людей. Кстати, просвещение может еще и привести к тому, что люди, строго следующие нормам ислама, получив хорошее светское образование, в итоге откажутся от ношения хиджаба. Только тут не должно быть никакого насилия. Светский вуз не должен прививать светские принципы путем принуждения.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector