0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Третий Рим: описание и суть сайта, концепция, значение выражения

Содержание

Третий Рим

Третий Рим — европейская религиозно-историософская и политическая идея, использовавшаяся для обоснования особого религиозно-политического значения различных стран, как преемников Римской империи.

Эта идея, основанная на концепции «переноса империи» (translatio imperii), использовалась для легитимации притязаний тех или иных монархий на преемственность по отношению к Византии.

Содержание

Южнославянские идеи

В XIV веке сербский царь Стефан Душан и болгарский царь Иоанн-Александр, имевшие родственные связи с византийской династией, объявляли себя наследниками Рима. В болгарской письменности встречается идея, что новым Константинополем является Тырново, тогдашняя столица болгарского государства.

Русская концепция третьего Рима

Теория «Москва — Третий Рим» послужила смысловой основой мессианских представлений о роли и значении России, которые сложились в период возвышения Московского княжества. Московские великие князья (притязавшие начиная с Иоанна III на царский титул) полагались преемниками римских и византийских императоров.

Наиболее авторитетной и популярной в исторической науке является теория, впервые обосновано изложенная в 1869 году в докторской диссертации В. С. Иконникова [1] . Согласно данной точке зрения в явном виде концепция «Москва — третий Рим» впервые была сформулирована в двух посланиях конца 1523 года — начала 1524 старцем псковского Елеазарова монастыря Филофеем [2] (первое, адресованное дьяку Михаилу Григорьевичу Мисюрю-Мунехину, посвящено проблемам летосчисления и астрологии; второе, адресованное великому князю Московскому Василию III Ивановичу, — правильному совершению крестного знамения и проблеме распространения мужеложства):

Старец Филофей ставил московского князя в один ряд с императором Константином Великим, называя последнего предком князя: « Не преступай, царю, заповѣди, еже положиша твои прадѣды — великий Константинъ, и блаженный святый Владимиръ, и великий богоизбранный Ярославъ и прочии блаженнии святии, ихьж корень и до тебе » [3] .

Собственно формулировка идеи третьего Рима содержится в словах:

« Да вѣси, христолюбче и боголюбче, яко вся христианская царства приидоша в конецъ и снидошася во едино царство нашего государя, по пророческимъ книгамъ, то есть Ромеиское царство: два убо Рима падоша, а третий стоитъ, а четвертому не быти. да вѣсть твоа держава, благочестивый царю, яко вся царства православныя христианьския вѣры снидошася въ твое едино царство: единъ ты во всей поднебесной христианом царь якоже выше писахъ ти и нынѣ глаголю: блюди и внемли, благочестивый царю, яко вся христианская царьства снидошася въ твое едино, яко два Рима падоша, а третей стоитъ, а четвертому не быти. Уже твое христианьское царство инѣмъ не останется, по великому Богослову [4] .» [5] [3]

Наряду с этой, существуют и иные точки зрения о времени генезиса и авторстве идеи «Москва — третий Рим». В частности, — мнение, что в действительности впервые концепция была выдвинута несколько ранее митрополитом Зосимой в предисловии к его труду «Изложение Пасхалии» (1492 год), Филофей же лишь «обосновал» её в соответствии с господствовавшим тогда миропониманием и духовными запросами общества.

Политическая теория «Москва — Третий Рим» также обосновывается легендой конца XV — начала XVI вв. о византийском происхождении шапки Мономаха, бармы и многие другие (например «коробочка из слоновой кости, якобы принадлежавшая римским цезарям) присланной императором Константином Мономахом великому князю киевскому Владимиру II Мономаху и целым рядом иных текстов. Характерно, что в киевских текстах об этих «подарках» нет и упоминания. Аналогично, «шапка» — изделие гораздо позднего периода, наиболее вероятно татарской работы, «яблоко и крест» на которой появились не ранее XVI в.

Радикальную критику концепции средневекового происхождения теории «Москва — третий Рим» дал Н. И. Ульянов [6] . Согласно его точке зрения, политическая идея Москвы как третьего Рима в реальности восходит к общественно-политическому дискурсу царствования Александра II, то есть связана с «восточным вопросом» и развитием русского империализма Нового времени.

Статья Е. Шмурло из ЭСБЕ

Представление о Москве как о Третьем Риме сложилось среди русских людей XVI века на почве политических и религиозных воззрений в связи с явлениями общеевропейской истории.

Преемство наследования

Основная его мысль — преемство наследования московскими государями христианско-православной империи от византийских императоров, в свою очередь наследовавших её от римских. Ход развития этой идеи можно представить в следующем виде. Величие древнего Рима, мощный рост и обширные размеры его территории, вместившей почти все известные тогдашнему миру страны и народы, высокая степень культуры и успехи романизации породили в современниках убеждение в совершенстве и незыблемости созданного порядка (Рим — вечный город, urbs aeterna). Христианство, восприняв от языческого Рима идею единой вечной империи, дало ей дальнейшее развитие: кроме задач политических, новая христианская империя, как отражение царства небесного на земле, поставила себе задачи религиозные; вместо одного государя явились два — светский и духовный. Тот и другой связаны органически неразрывными узами; они не исключают, но взаимно дополняют один другого, будучи оба двумя половинами одного неделимого целого. Так, в обновленной форме священной римской империи возродилась в средние века идея древнего мира; языческий orbis terrarum превратился в tota christianitas. По вопросу о том, кому принадлежит право быть носителем светской и духовной власти, возникло разногласие: в Зап. Европе признавали таковыми римского (немецкого) императора и папу; на греческом Востоке — византийского императора и патриарха (точнее: собор духовных лиц). Названия западной и восточной империи — лишь обозначение реальных фактов, но не идейных, ибо и та, и другая империя считала только себя единою, всемирною, исключая возможность существования другой. Отсюда раскол политический и церковный, противопоставление православного Востока латинскому Западу. Императоры византийские видели в Карле Великом бунтовщика, дерзкого узурпатора; ни за Оттонами, ни за Гогенштауфенами они не признавали прав на императорскую корону; германо-романский мир платил им тою же монетою; параллельно этому, представители церквей слали проклятия один другому. Обе стороны были искренне убеждены в собственной справедливости и в этом смысле воспитывали людей своего круга. Таким образом католические народы восприняли мысль, что Священная Римская империя, с папой и императором во главе, есть настоящая законная представительница истинного царствия на земле; народы православные, наоборот, видели в византийском императоре своего верховного главу, а в патриархе константинопольском, совместно с другими — истинного представителя вселенской церкви.

Второй Рим

Под углом этих последних воззрений воспитывалась и Россия. До XV века она считала себя покорною дочерью Константинопольского (Вселенского) патриарха, а в византийском императоре видела верховного блюстителя общественной правды. Константинополь стал в глазах русских как бы вторым Римом. Со второй половины XV века во взглядах русского общества произошла значительная перемена. Флорентийская уния (1439) пошатнула в самом корне авторитет греческой церкви; обаяние Византии как хранительницы заветов православия исчезло, а с ним и право на главенство политическое.

Падение Константинополя

Последующее падение Константинополя (1453), понятое как Божия кара за отпадение от веры, ещё более укрепило новый взгляд. Но если «Второй Рим» погиб, подобно первому, то с ним ещё не погибло православное царство, потому что оно никогда не может погибнуть. Из того, что сосуд разбит, ещё не следует, чтобы иссякло и его содержание: истина, хранимая в сосуде, бессмертна — если конечно в такую истину верить. Бог мог попустить неверным покорить греков, но Он никогда не допустит стереть с лица земли истинную веру и дать над ней торжествовать латинянам или израильтянам. Правая вера — вечная, неумирающая; иссякнет она — тогда и миру конец по христианскому мировоззрению. Но мир пока ещё существует, и потому разбитый сосуд должен быть заменён новым, чтобы воплотить вечную истину и снова дать ей внешние формы существования.

Третий Рим

Таким новым сосудом, новым Третьим Римом и является Москва. — Освобождение от монгольского ига, объединение разрозненных мелких уделов в большое Московское государство; женитьба царя Иоанна III на Софии Палеолог, племяннице (и как бы наследнице) последнего византийского императора; успехи на Востоке (завоевание ханств Казанского и Астраханского) — всё это оправдывало в глазах современников представление о праве Москвы на такую роль. На этой почве сложился обычай коронования московских государей, принятие царского титула и византийского герба, учреждение патриаршества, возникновение трёх легенд: а) о бармах и царском венце, полученных Владимиром Мономахом от византийского императора Константина Мономаха (офиц. ссылка — в 1547 г.); б) о происхождении Рюрика от Прусса, брата римского кесаря Августа, и в) о белом клобуке: клобук этот, как символ церковной независимости, император Константин Великий вручил римскому папе Сильвестру, а преемники последнего, в сознании своего недостоинства, передали его константинопольскому патриарху; от него он перешёл к новгородским владыкам, а потом к московским митрополитам. Первые два Рима погибли, третий не погибнет, а четвёртому не бывать. Литературное выражение мысль эта нашла у старца псковского Елеазарова монастыря Филофея, в посланиях к вел. князю Василию III, дьяку Мисюрю Мунехину и Иоанну Грозному. Новое положение вызывало новые обязательства. Самодержавно-царская, автокефально-православная Русь должна хранить правую веру и бороться с её врагами. В этом направлении одно время её поддерживал и сам латинский Запад: римские папы старались поднять московских государей против турок, пропагандируя мысль, что русские цари — законные наследники Византии; в том же духе действовала и Венеция. Теория Третьего Рима до конца XVII ст., а именно до войн с Турцией, не выходила из сферы отвлечённых вопросов: но и позже она никогда не получала характера определенной политической программы, хотя некоторое отражение её и слышится: более слабое — в правительственных заявлениях во время освободительных войн России с Турцией на Балканском полуострове, более сильное — в воззрениях славянофилов.

Читать еще:  Виды монастырей: типы монастырей в русской православной церкви, значение

Идеи Третьего Рима в Италии

Итальянский патриот Джузеппе Мадзини пропагандировал идею республиканского Третьего Рима во время объединения Италии. По его мнению, первый Рим императоров и второй Рим пап должен был сменить Третий Рим, народный. В сходном значении выражение «Третий Рим» использовал в своих речах и Бенито Муссолини, подразумевая под «третьим Римом» фашистскую Италию.

Крылатое выражение «Москва — третий Рим»: концепция старца Филофея

Для истории развития России как централизованного государства 14-й век имеет особое значение. Именно в это время в устройстве страны происходят решающие политические и культурные изменения. Отныне Москва в составе Московского княжества становится центром страны, а московские князья становятся «собирателями» русских земель.

  1. Выражение Москва — Третий Рим
  2. Происхождение выражения
  3. Значение
  4. Об авторстве
  5. Концепция Москва — Третий Рим
  6. Суть и цель
  7. Основные положения
  8. История теории
  9. Письма старца Филофея
  10. Ситуация с РПЦ
  11. Первый и Второй Римы
  12. Третий Рим
  13. Трансформации и критика концепции
  14. Видео

Выражение Москва — Третий Рим

Возвышение Московского княжества и Москвы обусловлено не только разумной политикой князей и военной мощью, но и благотворным влиянием духовных наставников того времени. Московские князья привлекали церковь на свою сторону, опираясь на нее, как на ведущую идеологическую силу страны.

Церковь находила такое сотрудничество перспективным, полагая, что политика московских князей сможет построить сильное централизованное русское государство. Именно в это время возникает концепция «Москва — третий Рим «, изложенная в письмах старца Филофея.

Происхождение выражения

Автором выражения считается монах Псковского Елизарова монастыря старец Филофей . Выражение «Москва — 3 Рим » основано на переписке священнослужителя Филофея и представителей государственной власти.

В своем послании (1523—1524 гг.) к дьяку М.Г. Мунехину, приближенному к великому князю Московскому Василию III, Филофей Псковский дает несколько комментариев:

  • опровергает предсказание нового Всемирного потопа, ожидаемого в 1524 году;
  • рассуждает о проблемах, связанных с летосчислением и астрологией.

Второе письмо адресовано уже непосредственно князю Василию III.

Оно посвящено обсуждению следующих тем:

  • правильное совершение крестного знамения;
  • проблема распространения мужеложества.

В письме к князю Филофей называет его не иначе как «охранителем церковного престола» и «царем всех христиан», а Москва с подачи монаха становится «царством», духовным православным центром — «Ромейским царством», вбирающем в себя все христианские земли. Свое обращение Филофей подытоживает фразой, ставшей крылатым выражением: «Два Рима пали, третий стоит, а четвертому не бывать».

Значение

Существует множество толкований данного выражения.

По одной из версий, выражение, как и сама концепция, носит не политический, а религиозный характер, а значит, и толкование должно быть в религиозном ключе: два предыдущих Рима были православными государствами, но изменили религии, за что и были наказаны. После их падения, Москва должна занять их место, а если же и Москва падет, то из-за отсутствия православных государств четвертому Риму не бывать.

Со стороны политического аспекта, Филофей, уравнивая в пределах одного выражения Москву и Рим, надеялся таким образом поддержать молодое, набирающее силу государство. Такая идейная поддержка оказала существенное влияние на последующую централизацию и независимость государства, а также на развитие общественно-философских идей и политологии.

Об авторстве

Авторство идеи, прочно утвердившееся за отцом Псковского Елизарова монастыря Филофеем, нашло отражение в массовом сознании и в художественных произведениях.

Исследователи считают, что возможны источники, которыми Филофей мог вдохновиться:

  1. Митрополит Московский и всея Руси Зосима еще в 1492 году в труде «Изложение пасхалий» пишет о преемственности Москвы по отношению к Константинополю. В пример он приводит свою краткую версию христианской истории: Константину Великому принадлежит звание основателя Нового Рима — Константинополя, Святому Владимиру — крестителя Руси, а Иван III станет «новым царем Константином новому граду Константина — Москве».
  2. «Повесть о новгородском белом клобуке» — памятник древнерусской литературы XV—XVI веков, добытый в Риме Д. Герасимовым и отправленный новгородскому архиепископу, описывал Русь, как наследницу Римской империи.
  3. Легенды о византийском происхождении шапки Мономаха, бармы и других атрибутов.

Влияние Филофея на становление концепции не оспаривается, однако как человек образованный, он мог быть знаком с выше представленными материалами и на их основе сформировать свое суждение.

Концепция Москва — Третий Рим

Концепция «Третьего Рима» имеет европейский аналог, распространенный в христианских странах. Так называемая теория «Длящегося Рима» говорит о непрерывности существования Римской империи в разных ипостасях до скончания веков.

Суть и цель

«Третьеримская» концепция по отношению к Москве основывается на том, что русское государство, в том числе и его столица, являются богоизбранными преемниками Римской империи, существовавшей с пришествия Христа, но потерявшей былое величие.

Суть идеи сводится к тому, что только Московское княжество после падения Рима и Константинополя становится единственным государством, сохранившим истинную веру — православие, поэтому Москва должна стать «третьим миром» до «скончания мира».

Целью теории была культурная и политическая централизация русских земель в одной точке — Москве.

Основные положения

Среди комплекса идей псковского старца можно выделить два наиболее значимых положения.

К основным положениям теории Филофея относятся:

  • церковное (церковные дела отныне должны перейти под руководство великого князя);
  • миссионерское (Московский государь должен объединить все языческие народы в его царстве под флагом христианства).

Две эти части концепции Филофея в дальнейшем были успешно реализованы государственными деятелями и в свое время заложили основу для развития страны.

История теории

После достижения своих целей теория была забыта и возродилась уже во в торой половине XIX века, в связи с учреждением Патриаршего престола в Российском государстве. Письма Филофея были опубликованы, а суть теории немного изменилась: упоминания о неприятии ереси были убраны, остались лишь суждения, касающиеся мусульман.

В конце XIX — начале XX веков доктриной заинтересовались русские философы В.С. Со­ловь­е­ва и Н.А. Бер­дяе­ва.

В советское время теория интерпретировалась только с точки зрения духовных дел, другая интерпретация могла бы причинить неудобство государству, строящему коммунизм. После распада СССР народ повсеместно обратился к Богу, и теория снова актуализировалась, с большой примесью чувства гордости и величия. Путь России рассматривался верующими, как путь к Богу через запреты и политические режимы.

Письма старца Филофея

Игумен Филофей не является каннонизированным святым. Известно, что в молодости он много путешествовал, посетив города и села Италии, Польши, Германии и, наконец, гору Афон, на которой он провел 30 лет в молитвах.

По истечении времени, Филофей возвращается на Русь, ведет активную политику, за что и оказывается заключенным в Сарском монастыре, а позднее становится настоятелем этого монастыря. Под руководством Филофея Сарский монастырь становится иконописной мастерской и одним из основных центров по переводу трудов с греческого языка.

В день Воздвижения Креста Господня Филофей получает первое откровение. В первые оно было опубликовано в 1994 году.

Неизвестно, какого периода времени касаются откровения — старец не указал конкретных дат, объяснив это тем, что века казались ему мгновениями. Согласно предсказаниям, землю ждет крах в результате пришествия на нее человека, который заключит договор с дьяволом. Результатом этого договора будут являться: гонения на христиан, нарушение заповедей, голод, запустение, а после на Землю сойдет сам дьявол и совратит людей, устроит сатанинский разгул, чем и вызовет на Землю адский огонь и испепелит все живое. Только после этого настанет Царствие Божие, которое будет доступно лишь избранным.

Есть мнение, что предсказания Филофея касались истории становления СССР и связанных с этим кровавых событий.

Ситуация с РПЦ

В середине XVII века патриарх Никон взялся за осуществление церковной реформы, основной задачей которой была унификация церковных обрядов. Сама реформа по сути была уходом от традиций, а потому у Никона появилось множество противников, в том числе и протопоп Аввакум — один из лидеров старообрядческого движения.

В период религиозной борьбы были официально запрещены не только писания Филофея, но и все прямые или косвенные указания на его фигуру, ибо они доказывали законность старообрядческих правил и протестовали против различных видов ереси.

Старообрядцы унесли идеи Филофея с собой в Сибирь и отдаленные монастыри, считая, что Третий Рим — это старая ветхозаветная московская церковь, существование которой возможно до тех пор, пока существуют ее истинные и единственные последователи.

Первый и Второй Римы

Первый Рим — это древний Вечный город, разрушенный кочевниками в IX веке. Отец Филофей связывает падение Рима непосредственно с церковным расколом, разделившем империю на западную и восточную, и с «ересью Аполинариевой», в которой погрязла западная церковь. В результате этого Ромейское царство перешло в Константинополь.

Второй Рим — Константинополь — город, обладавший богатством как физическим, так и духовным, был разрушен в XVI веке турками-османами в наказание за религиозное предательство. Флорентийская уния считалась ересью, от которой царь должен был охранять древнерусское государство.

Читать еще:  Обожение: что такое и что значит в православии, учение, особенности

Третий Рим

Москва приняла на себя титул преемника Рима и стала единственной хранительницей православной веры и Христа. После окончательного избавления от влияния татаро-монгольского ига, древнерусское государство раздвинуло свои границы и усилило влияние. Решающим шагом стала женитьба Ивана III на византийской принцессе Софье Палеолог и заимствование атрибутов царской власти у византийских императоров.

Есть мнение, что Москва как преемница Рима перестала существовать после революции 1917 года из-за смещения решающей религиозной мысли концепции. Другие источники настаивают о продолжении самобытного существования развития Москвы и по сей день.

Трансформации и критика концепции

В разные исторические моменты концепция подвергалась критике.

Наиболее обоснованные взгляды:

  1. Соловьев В. обращает внимание на то, что в сознании автора идеи Филофея римская государственность сохраняет свое существование, а это мешает рассмотрению идеи «переноса империи», которая в средневековой Европе побуждала к созданию новых европейских монархий, считающих себя преемниками Рима.
  2. Островски Д. указывает на то, что теория могла возникнуть позднее, в результате вмешательства переписчиков, изменивших в более поздних рукописях «Ромейское царство» (под которым можно подразумевать Священную Римскую империю Карла V) на «Россейское», что в корне меняет посыл теории.
  3. Ульянов Н. выдвигает точку зрения, согласно которой идея концепции «Москва — 3 Рим » восходит к общественно-политическому дискурсу царствования Александра II, а не к Русскому государству XVI века. И возникает она на основе «восточного вопроса» и развития русского империализма.

Со времен Ивана Третьего и до середины ХIХ века концепция не привлекала к себе пристального внимания. Все изменилось в тот момент, когда отставание в социально-экономических и общественных отношениях между Россией и Европой в середине прошлого века стало более чем очевидным.

На фоне развивающегося Запада Россия выглядела феодальной страной. И в этот момент «третьеримская» теория получила «зеленый свет». Приверженцы славянофильских взглядов, настаивавшие на особой, отличной от Европы стратегии развития страны, акцентировали внимание на богоизбранности русского народа-мессии. Люди, стоявшие у власти, также по-новому вдохновились теорией и использовали ее в целях защиты государственного строя.

На данный момент доктрина напрямую не афишируется, но ее идеи функционируют в культуре. Существует даже православный информационно-аналитический портал , рассказывающий о данной концепции.

Видео

В этом фильме Аркадия Мамонтова раскрывается суть выражения «Москва — третий Рим».

Третий Рим: описание и суть сайта, концепция, значение выражения

Известная всем со школьной скамьи фраза «Москва — Третий Рим» появилась на Руси в первой половине XVI века. Она была связана с философской концепцией о переносе «центра мира» в столицу Русского государства. Ее автором традиционно считается монах псковского Елеазарова монастыря Филофей. В посланиях 1523—1524 годов дьяку Михаилу Мисюрю-Мунехину и великому князю Московскому Василию III он говорил о роли «Рима земного», которую должна была занять Москва.

Эта идея, получившая в науке название translatio imperii (с лат. «переход империи»), впервые появилась еще в античных источниках и кочевала из эпохи в эпоху. «Первый» Рим, прозванный современниками caput mundi (с лат. «столица мира»), был центром цивилизации, носителем верховной власти на земле. После распада Западной Римской империи в результате нашествия варваров новым, «вторым», Римом стал Константинополь. В столице Византийской империи, которую сами жители именовали не иначе как Восточная Римская империя, эта философия пополнилась христианскими смыслами. Новый центр мироздания стал местом паломничества жаждущих отмолить грехи и получить прощение. Но и «второму» Риму было не суждено существовать долго: в 1453 году турки-османы захватили город, и он перестал быть средоточием христианской власти. Вновь возник вопрос — кто станет хранителем и опорой христианской веры на земле.

В интеллектуальной среде православных народов стали возникать прообразы центра — хранителя заветов православия: сербы, например, считали будущим «третьим Римом» Белград, болгары — Великое Тырново. Однако во второй половине XV века большинство этих территорий находилось под властью Османской империи. Единственным независимым православным царством оставалось Русское государство. На тот момент оно сбросило ярмо монголо-татарского ига и постепенно становилось мощным централизованным государством.

Согласно дошедшей до нас версии послания Филофея, «первые два Рима погибли, третий не погибнет, а четвертому не бывать». Этот тезис на словах закреплял за Москвой статус последнего лидера христианского мира. Несмотря на кажущуюся абсурдность подобного самопровозглашения, формулу «Москва — Третий Рим» приняли многие.

Укреплявшееся Русское государство должно было политически закрепиться на мировой арене. С религиозным «переходом империи» от Константинополя к Москве возникла потребность и в политической преемственности от Византии. Возникали легенды о происхождении Рюриковичей от брата римского кесаря Августа; о шапке Мономаха, будто бы подаренной русскому князю византийским императором; о белом клобуке, ведущем свою историю от Константина Великого. Все это подкреплялось браком Ивана III и племянницы последнего византийского императора — Софьи Палеолог, принятием им царского титула и византийского герба. Само самодержавие строилось на концепции «Москва — Третий Рим»: государь всея Руси не только был политическим лидером, но и гарантировал сохранение православных церковных канонов и чистоты нравов.

Также статус Третьего Рима означал для Москвы и ряд «вселенских» обязанностей, которые были выгодны в том числе и западному христианскому миру. Русь в качестве защитницы христианской веры становилась ответственной за христиан, находившихся в подданстве Османской империи, а потому должна была активно включиться в борьбу с турками-османами, покорявшими одну за другой территории Европы.

Позднее идеи монаха Филофея канули в лету и оказались вновь востребованными только в середине XIX века. Тогда концепцию «Москва — Третий Рим» стали использовать славянофилы. Они обосновывали ею отличный от Запада и Востока исторический, «третий», путь России.

Известная всем со школьной скамьи фраза «Москва — Третий Рим» появилась на Руси в первой половине XVI века. Она была связана с философской концепцией о переносе «центра мира» в столицу Русского государства. Ее автором традиционно считается монах псковского Елеазарова монастыря Филофей. В посланиях 1523—1524 годов дьяку Михаилу Мисюрю-Мунехину и великому князю Московскому Василию III он говорил о роли «Рима земного», которую должна была занять Москва.

Эта идея, получившая в науке название translatio imperii (с лат. «переход империи»), впервые появилась еще в античных источниках и кочевала из эпохи в эпоху. «Первый» Рим, прозванный современниками caput mundi (с лат. «столица мира»), был центром цивилизации, носителем верховной власти на земле. После распада Западной Римской империи в результате нашествия варваров новым, «вторым», Римом стал Константинополь. В столице Византийской империи, которую сами жители именовали не иначе как Восточная Римская империя, эта философия пополнилась христианскими смыслами. Новый центр мироздания стал местом паломничества жаждущих отмолить грехи и получить прощение. Но и «второму» Риму было не суждено существовать долго: в 1453 году турки-османы захватили город, и он перестал быть средоточием христианской власти. Вновь возник вопрос — кто станет хранителем и опорой христианской веры на земле.

В интеллектуальной среде православных народов стали возникать прообразы центра — хранителя заветов православия: сербы, например, считали будущим «третьим Римом» Белград, болгары — Великое Тырново. Однако во второй половине XV века большинство этих территорий находилось под властью Османской империи. Единственным независимым православным царством оставалось Русское государство. На тот момент оно сбросило ярмо монголо-татарского ига и постепенно становилось мощным централизованным государством.

Согласно дошедшей до нас версии послания Филофея, «первые два Рима погибли, третий не погибнет, а четвертому не бывать». Этот тезис на словах закреплял за Москвой статус последнего лидера христианского мира. Несмотря на кажущуюся абсурдность подобного самопровозглашения, формулу «Москва — Третий Рим» приняли многие.

Укреплявшееся Русское государство должно было политически закрепиться на мировой арене. С религиозным «переходом империи» от Константинополя к Москве возникла потребность и в политической преемственности от Византии. Возникали легенды о происхождении Рюриковичей от брата римского кесаря Августа; о шапке Мономаха, будто бы подаренной русскому князю византийским императором; о белом клобуке, ведущем свою историю от Константина Великого. Все это подкреплялось браком Ивана III и племянницы последнего византийского императора — Софьи Палеолог, принятием им царского титула и византийского герба. Само самодержавие строилось на концепции «Москва — Третий Рим»: государь всея Руси не только был политическим лидером, но и гарантировал сохранение православных церковных канонов и чистоты нравов.

Также статус Третьего Рима означал для Москвы и ряд «вселенских» обязанностей, которые были выгодны в том числе и западному христианскому миру. Русь в качестве защитницы христианской веры становилась ответственной за христиан, находившихся в подданстве Османской империи, а потому должна была активно включиться в борьбу с турками-османами, покорявшими одну за другой территории Европы.

Позднее идеи монаха Филофея канули в лету и оказались вновь востребованными только в середине XIX века. Тогда концепцию «Москва — Третий Рим» стали использовать славянофилы. Они обосновывали ею отличный от Запада и Востока исторический, «третий», путь России.

Почему Москву называют Третьим Римом?

Впервые Москву «третьим Римом» назвал православный монах Филофей, писавший в 1523-1524 гг. послания московскому великому князю, где призывал бороться с ересью. Московское княжество, по мнению монаха, оставалось последним оплотом истинной веры. «Все христианские царства пришли к концу и сошлись в едином царстве нашего государя, – утверждал Филофей в одном из посланий. – Два Рима пали, а третий стоит, а четвертому не бывать».

Первый Рим в терминологии Филофея – это настоящий Рим, столица Римской империи, объединившей под своей властью десятки народов. В IV веке христианство постепенно стало доминирующей религией в изначально языческой империи, и Рим стал христианской столицей мира.

Читать еще:  Слово «удача» в православии: значение, почему нельзя желать удачи, ответ священника

Ему наследовал Константинополь, главный город Византийской империи, где после раскола христианской церкви на католическую и православную (1054 г.) укоренилось православие. С точки зрения православных, католический Рим пал, впав в ересь, а столицей истинно христианского мира, «вторым Римом» стал Константинополь.

После крещения Руси в X веке русские признавали авторитет византийского императора как покровителя всех христиан, отмечает историк Светлана Лурье. Но через несколько веков рухнул и «второй Рим»: в 1453 г. Османская империя завоевала ослабленный политическими кризисами Константинополь и переименовала его в Стамбул.

Главной православной столицей стала Москва, в XV-XVI веке как раз объединявшая вокруг себя разрозненные русские земли.

Забытая идея

Как пишет американский историк Маршалл По, автор работы «Moscow, the Third Rome: The Origins and Transformations of a „Pivotal Moment“», идею «Третьего Рима» на Западе часто используют для объяснения советской, а потом российской внешней политики: якобы в ее основе лежат экспансионистские идеи о создании империи вроде Римской.

Сам По считает такой подход неверным: «Подобная идея не имеет ничего общего с долгосрочными перспективами внешней политики России или национальной психологией».

Историк поясняет: значение концепции преувеличивают. На самом деле после того, как монах Филофей в конце XVI века высказал идею «третьего Рима», на три века о ней благополучно забыли. Русское государство расширялось, но не из-за мечтаний правителей о православной империи, а по более естественным причинам: борьба за ресурсы, выход к морям и т.д.

Впервые об идее Филофея вспомнили уже во второй половине XIX века, при императоре Александре II, когда его послания опубликовали широким тиражом. Концепцию «Москва – третий Рим» взяло на вооружение российских движение панславистов, мечтавших об объединении славянских народов под эгидой Российской империи. Но после революций 1917 г. и прихода к власти коммунистов панславистские идеи сошли на нет.

«Город на семи холмах»

Помимо статуса имперской столицы, восходящего к Средним векам, Москву мало что объединяет с Римом – в столице России совершенно другая архитектура и куда более суровый климат. Одна из немногих общих черт – Москва, как и Рим, якобы стоит на семи холмах.

Историк-москвовед Александр Фролов, впрочем, говорит, что выражение «город на семи холмах» не соответствует действительности. Он поясняет, что при перечислении «холмов» в летописях упоминаются небольшие пологие возвышения, которые сложно считать холмами. Единственный настоящий холм – Боровицкий, на котором и сейчас стоит московский Кремль. Остальное Фролов называет красивой легендой. «Плод воображения романтиков, – говорит историк. – Очень уж хотелось назвать Москву Третьим Римом».

«Как водка. «, «Зачем Путин. «. Мы собрали самые популярные поисковые запросы пользователей, имеющие отношение к России. В серии статей «Почему Россия» мы детально ответим на каждый вопрос.

Судьба концепции «Москва – Третий Рим»

Вопреки распространенному представлению, концепция «Москва — Третий Рим» не была официальной идеологией Московского царства. Но стала поводом для исканий и споров о судьбе России. «По воле роковой судьбы мы обратились к растленной Византии», — так писал о связи России и Восточной римской империи П.Я. Чаадаев, первый яркий западник русской общественной мысли. Его противники (самый яркий — К. Леонтьев), напротив, считали византийское наследие великим благом. Чем была концепция «Москва — Третий Рим» для русской истории?

Жители Европы раннего Нового времени, и в том числе московских земель, воспринимали происходящее в мире сквозь призму религиозного мировоззрения. Неудивительно, что и грандиозное столкновение мусульманского и христианского миров имело значение для религиозной мысли.

Филофей хотел уберечь от грехов, а создал концепцию «Москва — Третий Рим»

Старец псковского Спасо-Елеазарова монастыря монах Филофей (ок. 1465 — 1542) осмыслял причины произошедшего незадолго до его рождения падения Константинополя (1453) и кончины православной Византийской империи. Эти события Филофей воспринял как предостережение, о чем и писал Василию III Ивановичу. Он писал прежде всего о вреде содомии, астрологии и других грехов, которые могут погубить христианскую страну. А слова о «Третьем Риме» имеют для него второстепенное, почти риторическое значение: «Рим пал за грехи от варваров, второй Рим — Константинополь пал из-за ересей от турок-османов, третий Рим — Москва будет стоять вечно, а четвертому не бывать».

Идеи религиозно-политической преемственности одного государства от другого существовали и до Филофея, но он адаптировал их к текущим условиям Московского царства, которое стало крупнейшей православной страной. Эта мысль старца не предполагала, как это нередко воспринимается и сегодня, призыва к агрессивной экспансии православия. Важнейшим политическим компонентом формулы «Москва — Третий Рим» было стремление возвысить Москву по отношению к другим православным центрам.

Во второй половине 16 в. этот вопрос оказался на повестке дня — патриархи были в Константинополе, Александрии, Антиохии и Иерусалиме, но все еще не было в Москве, столице сильнейшего православного царства. Именно в этот момент, значительно позже смерти монаха Филофея, идея «Москва — Третий Рим» стала актуальной. В 1589 году решалась задача учреждения и признания другими православными центрами московского патриарха. Появление первого русского патриарха Иова стало успехом в укреплении престижа русской церкви и России. Идеологическим обоснованием служили идеи старца Спасо-Елеазарова монастыря.


Патриарх Иов

После этого достижения и последующей Смуты концепция «Москва — Третий Рим» и ее автор Филофей оказались надолго забыты. Ее следующее яркое появление пришлось уже на середину 19 века, время серьезной борьбы России и Турции, в том числе за влияние на покоренных турками землях с православным населением. Апогей распространения концепции пришелся на 1878 г., когда русская армия стояла у ворот Константинополя, и последующие десятилетия императорской власти, стремившейся окончательно устранить угрозу, исходящую от дряхлой Османской империи.

Идея «Москва — Третий Рим» не была официальной идеологией России

Новая актуальность концепции «Москва — Третий Рим» сделала ее и содержащуюся в ней идею связи Византии и России объектом для осмысления русских интеллектуалов. Тогда же появляется и становится известной концепция консервативного мыслителя Константина Леонтьева «Византизм и славянство» (1875 г.) о глубокой преемственности русского государства и Византии. «Византийский дух, византийские начала и влияние, как сложная ткань нервной системы, проникают насквозь весь великорусский общественный организм». Но если для прежней концепции «Москва — Третий Рим» идея преемственности ограничивалась принятием на Москву роли крупного православного центра (противопоставленного все же Константинополю), то византизм видит в России наследника религиозного, политического и культурного, для которого Византия — главная историческая опора. Самодержавие, православие, коллективизм и консерватизм — вот что составляет византийский тип культуры, и его хранители — Россия и южные славяне, которым она покровительствует. Современник Леонтьева религиозный философ В. В. Розанов оценивал эти идеи как созвучные одной из основных линий развития русской культуры своего времени. Значительная часть русского общества разделяла стремление России контролировать славянские земли Османской империи и затем освободить их.


Константин Леонтьев

Русские философы проклинали и превозносили византийское наследие

Сегодня, когда мы лучше знаем историю Византии и видим, как немного на самом деле Россия приняла от ее политической культуры, идеи византизма едва ли могут оказать серьезное влияния на историософию. Но для русских мыслителей и публицистов 19 — начала 20 вв. идея сильной связи с Византией имела особое значение для понимания русской истории. В том числе для западников, видевших в этой преемственности корни политических проблем России. Еще П. Я. Чаадаев проклинал византийское наследие: «По воле роковой судьбы обратились за нравственным учением, которое должно было нас воспитать, к растленной Византии…». По мысли Чаадаева, византийские православие и деспотический стиль правления способствовали варваризации России. Отдаление России от европейского христианского развития через византийское наследие обрекло ее на роль страны периферийной.


П.Я. Чаадаев

«Византийский маразм» осуждал и Герцен, видевший в нем корни политической культуры бездействия, равнодушия к происходящим в обществе событиями и процессам. Византийское наследие винили и во время русских революций, уничтоживших архаичное самодержавие. Популярные в среде интеллигенции публицисты Д. Мережковский, З. Гиппиус и Д. Философов в книге «Царь и революция» (1906 г.) писали: «Старая Московская Россия, получив свою теократию, православное самодержавие в наследство от Византии, Второго Рима, мечтала сделаться Третьим Римом, последним Градом Вселенским. [. ] Петр Великий вовсе не нарушил, как обвиняли его староверы и славянофилы, а исполнил завет Москвы и Византии, когда, уничтожив патриаршество, если не назвал, то сделал себя самодержцем и первосвященником вместе, главой государства и церкви вместе, обладателем царства земного и царства небесного вместе. [. ] Петр «доводил до конца в русском самодержавии византийское предание восточной Римской империи». После этого, по мысли Мережковского, развитое византийское наследие закономерно вело Россию к революции.


Д.С. Мережковский

Герцен видел корни русского равнодушия в византийском наследии России

Некоторые элементы отброшенной в советское время концепции «Москва — Третий Рим» и в наше время распространены среди российских мыслителей. Четко обозначенная еще В. А. Жуковским, Н. Я. Данилевским, П. Я. Чаадаевым, Д. С. Мережковским и другими мыслителями особенность России, проистекающая из ее связи с Византией (невозможность отнести Россию к Азии, но и неполная ее принадлежность к Европе) и сегодня является одним из важнейших компонентов российского самосознания и идентичности. Сильно ли в современной России византийское наследие вне религиозного поля — вопрос, ожидающий еще множество дискуссий, начатых почти два столетия назад.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector