7 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Православие и домовые: отношение церкви и мнение священников, кто такие и существуют ли, тонкости и нюансы

Дышу Православием

О православии с любовью… Миссионерский портал. Здесь вы найдете множество ответов на самые разные вопросы о православии

ПОПУЛЯРНОЕ

  • Оскорбление религиозных чувств верующих?
  • Женщина в Церкви
  • Заказать бесплатно православный сайт
  • Один ли Бог в разных религиях?
  • Алчущие и жаждущие правды — кто они и почему блаженны?
  • Воспитание детей по-христиански. Как воспитывать в современном мире?
  • Анатолий Баданов — О Воскресении из мертвых
  • Как терпели скорби Оптинские старцы
  • Боговоплощение. Почему Богу нужно было стать человеком?
  • Церковные суеверия. Как искажается христианство
  • Агав, апостол от 70-ти, священномученик . Житие
  • Православная миссия — найди 10 отличий
  • Крещение — 33 вопроса о крещении
  • 10 советов постигающим веру
  • Агапит Печерский, преподобный, врач безмездный. Житие
  • Три неудобных вопроса о вере
  • Болезнь — Бог не требует от больных телесных подвигов
  • Причастие. Почему не допускают к Причастию?
  • Адриан и Наталия, мученики. Житие
  • Монах. Фильм Аркадия Мамонтова
  • 50 советов от Феофана Затворника
  • Экстрасенсы, народные целители и бабки — что происходит с душой от их «лечения»
  • Намоленная икона — Можно ли «намолить» икону?
  • Борется ли дьявол с Богом?
  • Крестные — сколько должно быть крестных у ребенка

Наши друзья

Кто такие домовые и как к ним относиться?

В доме, где живут православные, никаких домовых не должно быть в помине. Когда дом освящен, когда в доме молитва, никаких непонятных духов в нем нет. Кто такой домовой? Это бес, который поселился в избе. В том доме, где живут люди безбожные и распутные, этот бес развлекается, творя различные мелкие пакости, называемые ныне мудреным иностранным словечком «полтергейст» (по-русски это называется просто и ясно — «бесовщина»). Самое печальное начинается в том случае, если хозяева домана чинают заискивать перед ним, служить ему, общаться с ним различными способами: стуком, загадыванием желаний и тому подобными способами. «На, вот, возьми покушать, — говорят хозяева, раскладывая еду, -только сильно не вреди».

Домовой в доме — не добро в доме. Это, значит, демон живет в доме. Первую в дом вносят не кошку. Дом или квартиру окропляют святой водой и вносят иконы, Евангелие, все святое. Потом уже вносим свое имущество. В таком доме, чтобы в нем не завелись эти демонические силы, ни в коем случае нельзя выпускать изнутри нас зло, отрицательную энергию — гнев, раздражение, осуждение, крик, шум…
Демонические силы питаются этой отрицательной энергией, т.е. нашими грехами. Ангелы из дома уходят и плачут, находятся около дома, они ждут, когда мы обратим внимание на свое поведение, на свой язык, когда мы исторгнем из сердца зло, гнев, ненависть, раздражение.

Как-то я ездил по требам, соборовал, причащал. Приезжаю в один дом, меня встречает женщина: «Я вызвала вас потому, что в моем доме странные вещи происходят. Ложусь спать, и кто-то одеяло с меня снимает, включаю свет — никого. Потом одеяло под кровать улетает. Я однажды схватила за одеяло и почувствовала в руках что-то лохматое. Соседка мне подсказала, чтобы я вызвала священника освятить дом.» В доме этом икон нет, на женщине креста нет, в церковь она не ходит, никогда не каялась. Я отказался освящать жилище: «Это можно сделать, когда ты станешь христианкой». Поисповедовал ее, потом посмотрел на стену, а над кроватью висит чеканка — Мефистофель с рогами… Вот, кто хозяин квартиры! Потому бес и приходит, что здесь Ангелу места нет

(о. Амвросий Юрасов)

В наше время люди совершенно потеряли чувство духовной осторожности. Домовых часто изображают милыми потешными существами, и кому-то наверняка может показаться, что такое общение с ними — невинная шалость или даже увлекательное приключение. Действительно, существуют демоны разной степени падшести и разной силы. Но при всех своих различиях у всех их есть одна основная общая черта — злоба и ненависть к роду человеческому. Среди них нет тех добрых и даже забавных чертенят, которых так живо изображают современные мультфильмы. Бесы есть бесы, хоть они бывают разными по злонамеренности и силе. Среди падших ангелов есть специализация. Каждый из них творит то зло, которое ему наиболее приятно.

Есть блудные бесы, есть бесы сребролюбия, бесы ненависти, зависти. А при доме поселяются домовые бесы, которые получают удовольствие от семейных ссор, обид и т. п. неурядиц. Человек верующий всегда внимателен к духовному, он всегда помнит, что вокруг него живут духи. Поэтому он с осторожностью подходит к любым видимым проявлениям их присутствия. Он никогда не станет разговаривать с таинственными собеседниками, а тем более выполнять их приказания, предлагать им еду или служить каким-либо другим образом. Христианин помнит: в мире духовном идет непрерывная война, и человек находится в самом ее центре. За души людские борются силы света и силы тьмы. Нет таких духов, которые бы не принадлежали ни к одной из иерархий — божественной или бесовской. И, предлагая угощение домовым, мы делаем очень важный выбор. Вступая в контакт с бесом, мы становимся причастны через него ко всему демоническому миру и сами отторгаем себя от благодатной помощи ангельских сил.

Так что нужно усердно молиться, а вовсе не искать дружбы с домовым. Нужно призвать священника, чтобы он освятил дом и двор, молиться всей семьей к Божией Матери, покровителям семейственности Гурию, Самону и Авиву, небесным покровителям членов вашей семьи, ангелу-хранителю вашего дома. Особые ангелы-хранители есть не только у людей, но и у домов, храмов, целых городов и стран. Ангел-хранитель дома поставляется Господом при его освящении и пребывает в нем всегда, сохраняя от зла, при условии, конечно, если христианская семья живет в мире, согласии и молитве.

Об устранении семейных неурядиц и Божием покровительстве над домом молятся следующей молитвой мученикам и исповедникам Гурию, Самону и Авиву:

О, преславнии мученицы Гурие, Самоне и Авиве! К вам, яко скорым помощникам и теплым молитвенникам, мы, немощнии и недостойнии, прибегаем, усердно моляще: не презрите ны, во многая беззакония впадшия и по вся дни и часы согрешающия; наставите на путь правый заблудшия, исцелите страждущия и скорбящия; соблюдите ны в непорочнем и целомудреннем житии; и якоже древле, тако и ныне покровители супружеств пребудите, в любве и единомыслии сия утверждающе и от всех злых и бедственных обстояний избавляюще. Защитите, о многомощныя исповедницы, вся православныя Христианы от напастей, злых человек и козней демонских; оградите я от нечаянныя смерти, умоляюще Всеблагого Господа, да великия и богатыя милости нам, смиренным рабом Своим, пробавит. Несмь бо достойнии нечистыми усты призывати великолепое имя Создателя нашего, аще не вы, святии мученицы, за ны ходатаи будете: сего ради к вам прибегаем и предстательства вашего пред Господем о нас просим. Такожде избавите нас от глада, потопа, огня, меча, нашествия иноплеменных, междуусобныя брани, смертоносныя язвы и всякого душепагубного обстояния. Ей, страстотерпцы Христовы, устройте нам молитвами вашими вся благая и полезная, да благочестно житие временное прешедше и кончину непостыдну стяжавше, удостоимся теплым заступлением вашим со всеми святыми одесную Правосуднаго Бога Судии стати, и Того непрестанно славити со Отцем и Святым Духом во веки. Аминь.

Про домашний уют, православие и отношение к домовому

Домовой в народной традиции

Домовой – это некий собирательный образ, характеризующий атмосферу, в которой живут люди. В некоторых случаях домовой бывает похож на маленького мальчика, «мальчик с пальчик», в других – это персонаж, который появляется в доме стариком и постепенно становится моложе.

Читать еще:  Духовный наставник в православии: кто это, задачи духовного отца, правила выбора и особенности взаимоотношений

Домовой – это атмосфера, которую молодожёны забирают с собой, переезжая в новый дом от родителей.

Иногда домовых связывают с животными.

В христианстве уделяют внимание уюту в доме и порядку в семье. Традиции предков постепенно меняются, становясь проще и гуманнее.

В христианстве много внимания уделяют домостроению и домоуправлению.

Нечистых духов стараются избегать. Для того чтобы дома было уютно и там не обитало «нечистой силы», дом освящают, в нём держат иконы. Зажигают лампаду и свечи, перед которыми молятся.

Во время христианских праздников приносят домой веточки деревьев для украшения, венки из веток: берёзы, вербы, ветки ели.

Домовой у славян

С древних времён люди много внимания уделяли различным сущностям, духам. Например, славяне-язычники создали множество мифов о духах, которые живут в лесах, в полях, в реках и озёрах. Но, поскольку большую часть жизни человек обитает в собственном доме, мечтает об уюте и достатке, то особенно много мифов создано о сущностях, которые живут невидимыми в доме. Они помогают людям по хозяйству, оберегают жильё от пожаров, предупреждают от опасности, но могут рассердиться на жильцов и наказать их, или могут подшутить над ними, спрятать вещи, отомстить за недостойное поведение.

С принятием христианства отношение к таким сущностям изменилось. Если раньше при переселении из одного дома в другой звали домового с собой, заносили в избу первой кошку, которая обычно дружит с этой невидимой силой, всячески её задабривая, то по православным традициям в дом сначала надо вносить иконы, духовную литературу, окропить жилище святой водой, помолиться.

Как бы там ни было, дом всегда надо содержать в чистоте, стараться избавляться от грехов и плохих помыслов с помощью молитв, постов, чаще ходить в церковь и причащаться. Надо помнить, что злые духи питаются нашими грехами, ссорами, ненавистью и раздражением.

К сожалению, в наше время мы можем наблюдать за тем, что к таким явлениям люди стали относиться с любопытством, с интересом, на эту тему даже создано большое количество трогательных мультфильмов для детей. Вспомните, например, советский мультик про трогательного домовёнка Кузю.

Всё это легко объяснить. Человеку необходима вера. А про отношение в советское время к православным традициям мы хорошо знаем.

Только принимая православную веру, наконец-то, возможно осознание того, что, для того чтобы по-настоящему ощутить домашний уют, надо чтобы и в душе было согласие с самим собой, ведь уют в доме – это и есть отражение состояния души человека. А кто же позаботится о состоянии нашей души, если не мы сами.

РПЦ против домовых

Я уж извиняюсь, что снова про РПЦ, но не мог пройти мимо.. ))
Что тут можно сказать. А всё уже исчерпывающе сказал ув. kornev , которого я процитирую здесь:

«Неужели кто-то может думать, что такие мелкие и нелепые придирки способны поднять авторитет Церкви в среде мирян? Требование мотивировано борьбой с «неоязычеством», и от большого ума в письмо иерарха референтами была добавлена хамоватая фраза о том, что декоративные фигурки, якобы, «отбрасывают народ к темным векам язычества и примитивного славянского национализма». Понятно, что чиновники, расставившие фигурки, и горожане, делающие селфи с домовёнком Кузей, ни о каком неоязычестве или национализме и думать не думали. Живя рядом с Европой, они по-европейски и мыслят, желая поставить на службу региональной экономике славянский аналог эльфов и гномов. В этом контексте демарш Церкви выглядит не только нелепым, но и оскорбительным. Даже человека, равнодушного к «язычеству» и «славянскому национализму», не может не покоробить сочетание слов «славянский» и «примитивный». Особенно учитывая, что это произошло на территории бывшего Третьего Рейха, где данное сочетание слов было любимым коньком геббельсовской пропаганды и служило идеологическим оправданием для истребления миллионов людей. На мой взгляд, представители Церкви таких ассоциаций должны избегать как огня. А то ведь люди начнут вспоминать, что православные иерархи в той Войне играли за обе воюющие стороны, и некоторая их часть молилась за победы воинства Гитлера, которое официально сражалось со «славянскими недочеловеками».

Если обстоятельно сопоставить темы «Калининград», «славянство» и «православие», то мы получим ряд умозаключений, не слишком выгодных для РПЦ:

1. Бывший лютеранский Кенигсберг стал православным Калининградом не благодаря миссионерскому подвигу Церкви, а в силу физического изгнания прежнего немецкого населения и замещения его людьми из славяно-православного ареала.

2. Благодарить за такое расширение ареала РПЦ должна, во-первых, богоборческое государство СССР и его вождей-атеистов, а во-вторых, славянских, в большинстве своем, воинов, отвага которых позволила завоевать этот регион. Среди этих воинов были не только православные, но и атеисты, пофигисты, «язычники»-шаманисты. Уверен, что среди них было немало и таких, кто верил в домовых или положительно относился к домовому как фольклорному персонажу.

3. Этих воинов двигало в бой не христианское всепрощение или какие-то крестоносные соображения, а как раз немудреный «примитивный» национализм и патриотизм: любовь к своей Родной Земле, к своему народу, желание отомстить врагу за наши сожженные деревни и поруганную Родину.

Если резюмировать, Калининград стал из лютеранского православным не усилиями Церкви, а волей Государства и Народа. Поэтому Церкви, по справедливости, в этом городе следовало бы уважительно относиться и к безобидным народным традициям, и к чиновникам этого государства, когда они хорошо и творчески выполняют свою работу, а не устраивать им унизительные выволочки под мелким надуманным предлогом.

Давайте теперь разберемся с концептуальными основаниями гонений на домовых. Согласно ныне действующей Конституции РФ, религия у нас отделена от государства (Ст. 14), а вот культура – не отделена. «Каждый обязан заботиться о сохранении исторического и культурного наследия» (Ст. 44). В своем письме о домовых, Церковь сама признала, что домовые являются культурным наследием славянских народов, «персонажами славянской мифологии». А это значит, что чиновники Калининграда не просто «право имеют», а прямо обязаны, по Конституции, уделить какую-то часть средств, отведенных на культуру, вот этим домовым, как элементу культурного наследия. И единственный вопрос, который можно задать этим чиновникам: «Почему так мало?» Почему в регионах России с преобладающим славянским населением так мало средств выделяется на сохранение славянского культурного наследия? В том же Калининграде чиновники ограничились несчастными фигурками домовых. И это все?

Читать еще:  Грехи и болезни: таблица взаимосвязи в православии, происхождения и исцеления

Особо подчеркну, что такая постановка вопроса не подразумевает в себе ничего «антиправославного» или «богоборческого». Возьмем, к примеру, современную Грецию. Это страна православная, причем официально, по конституции: в основном законе Греции прямо сказано, что православие является «господствующей религией». Тем не менее, все памятники античной «языческой» религии в стране тщательно охраняются и реставрируются. Дети в школах много времени проводят за изучением античной мифологии и прекрасно разбираются во всех тонкостях древнегреческой религии. Более того, их приучают гордиться своим античным наследием. Отождествление с «языческой» Древней Элладой — это неотъемлемая часть национального самосознания современных православных греков. Получается, что греки и в православии нас превзошли, не побоявшись провозгласить его государственной религией, и от своего языческого наследия не шарахаются. Активная православная идентичность греков гармонично сочетается с культом «языческого» античного прошлого.

Вот это идеал для всякой православной страны. А в России наше собственное «языческое» наследие почему-то объявляют темным и постыдным, заставляют нас от него шарахаться. В стране, которая потеряла десятки миллионов жизней в борьбе со сторонниками доктрины о «расовой неполноценности славян», публичные персоны, депутаты, иерархи Церкви, не смущаются воспроизводить гитлеровский тезис о «неполноценности» славянской народной культуры. Как это вообще возможно? Просто в голову не укладывается. Может быть, на них повлияла сама почва Восточной Пруссии, надышались там каких-то великогерманских миазмов?

На мой взгляд, после событий 1941-45 гг., нападки на что-либо «славянское» в России в принципе недопустимы, их просто не должно появляться в публичном пространстве. После того, что наговорили и натворили гитлеровцы, славянские культурные традиции, включая и славянское язычество, можно упоминать только в позитивном ключе. Если вы полагаете, что славянское культурное наследие каким-либо образом «примитивно», «неполноценно», «ущербно», недостойно изучения нашими детьми, или что наши славянские предки недостойны того, чтобы ими гордиться, то вы тем самым солидаризируетесь с Гитлером и, по сути, оправдываете кровавые преступления германского нацизма против славянских народов.

Понятно, что православный иерарх никаких таких глупостей не имел в виду, и выступил исключительно из лучших побуждений. Но темы для пастырского вмешательства нужно выбирать все-таки более осмысленно, не скатываясь к надоедливому мелочному занудству. Хотите воевать с идолопоклонством – нападайте на идолов действительно злобных и кровавых: вот, к примеру, солидное государственное ведомство РФ, отмечая свой юбилей, открыто, не стесняясь, а наоборот, гордясь, возводит преемство к сатанинской и террористической организации ВЧК-ГПУ, на счету которой – десятки тысяч убитых и замученных священников, миллионы погубленных мирян, разграбленные и оскверненные православные святыни. А потом мы видим, что высокопоставленные лица, одобряющие такое глумление, мелькают в православных храмах по великим праздникам. А Церковь молчит. Почему бы Церкви не выступить с осуждением всех тех, кто не хочет считать ВЧК-ГПУ преступной организацией? Почему не отлучить от Церкви всех генералов и чиновников, замешанных в этом шабаше, всех артистов, выступающих на этих юбилеях? Так Церковь действительно заставила бы себя уважать. А сейчас она похожа на того милиционера, который «прессует» старушку за три головки мака, случайно выросшие на огороде, игнорируя серьезных наркодельцов с миллионным наркотрафиком. И все понимают, что такого рода въедливость к мелочам, при игнорировании серьезного Зла, — это проявление не силы, но духовной слабости.»

Глава 11. Семейная жизнь священнослужителя

Православная Церковь в отличие от католической не только допускает, но и поощряет брачное Священство. Безбрачие остается достоянием священнослужителей, принявших на себя иноческие обеты, или овдовевших священников и диаконов. Намеренный отказ от Брака без принятия монашества (целибат) вызывал к себе очень осторожное отношение на протяжении многих веков истории Православной Церкви.

Брак православного духовенства регламентирован особыми каноническими постановлениями, основное из которых требует совершения таинства Брака над кандидатом в священнослужители непременно до совершения над ним таинства Хиротонии.

Ранняя Христианская Церковь в вопросе о Браке священнослужителей не высказала окончательного решения, предоставив каждому кандидату в пастыри решать этот вопрос лично. Так, 51-е правило святых апостолов не объявляет целибат обязательным условием посвящения. В эпоху I Вселенского Собора (325) Церковь в лице аскета Пафнутия (который, казалось бы, должен был отстаивать безбрачие) встала на защиту женатого Священства, зная и предвидя искушения и трудности Священства целибатного.

Но в христианском обществе слышались и другие голоса, отрицающие женатое Священство. Струя известного ригоризма всегда была сильна в церковной среде; и представители этого направления выдвигали требования, несовместимые с благостью и любвеобилием евангельской морали, а также с мудростью и предосторожностью церковного опыта. Постановления Гангрского Собора (между 340–370) явно свидетельствуют о церковных прещениях, направленных против аскетических ригористов в вопросе Брака священнослужителей. Так, например, 10-е правило этого Собора угрожает отлучением тому, кто превозносится своим девством над сочетавшимися Браком. Прещением же угрожает 4-е правило тем, кто считает «недостойным для себя причащаться у женатого священника».

13-м правилом Собор утверждает, что Бракосочетание не должно быть препятствием к рукоположению, ибо брак у всех да будет честен и ложе непорочно ( Евр. 13, 4 ), и соединен ли ты с женой? не ищи развода ( 1Кор.7:27 ). «Если же диакон или просвитер под видом благочестия изгоняет жену, да будет анафема».

В 1076 году, при папе Григории VII, в Западной Церкви был узаконен целибат как обязательное условие для священнослужителей всех степеней. Восточные Церкви отнеслись к этому нововведенному канону скептически (если не отрицательно), предлагая неженатому или вдовому кандидату в священнослужители принять монашеские обеты перед Рукоположением.

В России законом, изданным в 1869 году, Хиротония целибатов была официально разрешена лишь по достижении кандидатом 40 лет. Знаменательным событием в церковной жизни было рукоположение митрополитом Московским Филаретом (1782–1867) профессора МДА A. В. Горского, не связанного ни узами супружества, ни обетами иночества. Предвосхищая возможные нарекания со стороны Святейшего Синода, митрополит Филарет поручил сначала A. В. Горскому составить историческую справку об отношении Церкви на протяжении ее многовековой истории к целибатному Священству. Когда эта в высшей степени исторически документированная справка была составлена, профессору был предложен священный сан, а по прошествии недолгого времени он был возведен в протоиереи и назначен ректором МДА.

Читать еще:  Пояс Богородицы: история и описание, чудеса и значение, где находится и как добраться, зачем и как носить

После Поместного Собора Русской Православной Церкви 1917–1918 годов Рукоположения целибатов участились. Однако нормой для кандидата в священный сан, не принявшего монашеских обетов, по-прежнему остается возможность вступить до Рукоположения в освященный Церковью канонический Брак.

Рукоположение представляется православному сознанию неким рубежом, отделяющим мирское поприще от церковного. После прохождения через царские врата и обхождения святого престола священнослужитель уже не может возвращаться в гущу мирской суеты. С этого момента он – служитель Христов и должен шаг за шагом освобождаться от приражений мира сего. Любовные переживания, сватовство, жениховство, свадебные торжества и радости медового месяца, как таковые ни в коей мере не осуждаемые Церковью, представляются несовместимыми с духовным подвигом пастыря, отдавшего себя на служение Богу и своим духовным чадам. Не лишая диакона или иерея радостей семейного очага, уюта и ласки родных и близких ему людей, Церковь ограждает их священный сан от обмирщения и поругания.

Для воспитанника духовной школы, готовящегося принять священный сан, непременно встает проблема устроения своей личной жизни. Очень многих еще неженатых кандидатов эта

проблема смущает и даже заставляет откладывать Рукоположение или, наоборот, толкает на необдуманный брак со случайной избранницей, впоследствии оказывающейся неспособной нести особые тяготы жены священника или просто нецерковной. Не найдя себе по сердцу спутницу жизни, которая решилась бы связать с ним свою судьбу и понести крест «матушки», такой кандидат готов, отчаявшись, решиться на целибатное Священство, не представляя всех искушений и тягот этого пути. Поэтому так важно заблаговременно начать поиски верующей, церковной и самоотверженной девушки, готовой на всю жизнь связать себя с будущим диаконом или священником, разделить с ним все испытания его служения, не дать ему почувствовать одиночества ни в собственном доме, ни в приходской среде, быть посредницей, смягчающей или принимающей на себя все острые моменты современного домашнего и приходского быта, избавлять по возможности священника от множества забот мира сего, дабы он как можно полнее отдавал себя служению Богу и пастырству.

Жена священника должна быть подготовлена к материнству, к духовному и нравственному воспитанию своих детей в любви ко Христу и Его Церкви, а также к ближнему, в духе кротости и стойкости, веры и мудрости, в духе надежды и молитвенного дерзновения.

Кандидат в священники должен кроме того помнить о канонических требованиях, предъявляемых церковной дисциплиной к его будущей жене. Священник не может жениться на иноверной (IV Вселенский собор, 14 пр.), все члены его семьи должны быть православно верующими (Карфагенский собор, 45 пр.); его дети не должны сочетаться браком с нецерковными людьми (Лаодикийский собор, 10 пр.; Карфагенский собор, 30 пр.); невеста будущего священника, равно как и он сам, должны сохранить целомудрие до брака, а потому она не может быть вдовой, разведенной или находиться в блудном сожительстве (Апостольское правило 18; VI Вселенский собор, 3 пр.). Ищущий священного сана должен помнить, что в будущем из-за неблаговидного поведения его жены он может быть подвержен прещениям вплоть до лишения сана.

В положении жены священника есть, однако, помимо традиционных ограничений, налагаемых церковной дисциплиной и общественным мнением в приходской среде, еще и особые психологические трудности, вытекающие из специфики пастырского служения ее мужа, и требующие от нее особого такта и терпения. Между священником и его женой, которые в идеальной семье привыкают ничего друг от друга не скрывать, неизбежно возникает и расширяется сфера сокровенного, доступная лишь священнику и его духовным чадам, но полностью закрытая для матушки. Это тайна пастырства, тайна исповеди, тайна чужой жизни. Священник в весьма значительной мере душевно и духовно не принадлежит своей жене, но зато глубоко связан в этом плане с множеством своих исповедников, интересами, страданиями и радостями которых он живет, как своими собственными. С ними он составляет «покаянную семью», жизнь которой в большой мере умаляет его участие в жизни своей собственной естественной семьи. Паства постепенно становится между священником и его женой, и это является главным испытанием чуткости, душевного такта, духовной высоты матушки, пробным камнем ее любви, ее крестом.

Однако в этом вопросе не следует впадать и в противоположную крайность. Разумеется, пастырская деятельность не освобождает священника от обязанностей главы семьи, ее благоустроения, от забот по воспитанию детей, от бытовых проблем, решаемых его отеческой волей и мудростью в согласии с женой. Но законные притязания матушки не должны вступать в конфликт с пастырским подвигом духовного руководства, преображения душ светом истины, их воспитания и таинственным окормлением.

Здесь и речи быть не может ни о банальном чувстве ревности со стороны матушки к духовным детям несмотря на то, что, как правило, большинство среди них женщины, ни о греховном любопытстве. Лишь в исключительных ситуациях возможно тактичное вмешательство. Речь идет о тех случаях, когда вокруг священника, помимо его воли, образуется окружение экзальтированных женщин-почитательниц («мироносиц», как называют их в церковном просторечии); бесцеремонно вторгаясь под видом удовлетворения духовных нужд или особой «заботливости» в домашнюю жизнь священника, они создают средостение в его отношениях с женой, которое может послужить причиной острого семейного конфликта и соблазном для других верующих. В этом случае только личная интуиция, внутренняя гармония и правильное понимание матушкой своей задачи способны разрядить сгустившуюся, духовно нездоровую атмосферу вокруг священника, которая может иметь для него и его семьи трагические последствия.

«Незаметно незаменимая» – вот, пожалуй, кратчайшее наименование роли «матушки» в ее сотрудничестве с мужем в современной приходской жизни. Это сотрудничество достигает своей полноты, когда матушка деятельно участвует и в литургической жизни своего прихода, подвизаясь в качестве регента, псаломщицы, чтицы или певицы. Именно жена священника призвана явить во всей полноте образ женского служения Церкви.

Однако участие матушки в приходской и богослужебной жизни нельзя считать обязательным. Лишь в том случае, когда у нее есть к тому особые дарования, соответствующая подготовка и опыт (музыкальный слух, певческий голос, умение руководить церковным хором, по большей части состоящим из непрофессиональных певцов), а также если сам священник найдет это участие полезным, нужным и не нарушающим мира и согласия в приходе, – лишь тогда сотрудничество матушки будет плодотворным. Всегда надо помнить, что в первую очередь матушка должна заботиться о своем доме, хозяйстве и семье, быть для мужа нежной и преданной женой, а для детей – любящей матерью. Излишние претензии на роль «помощницы в трудах своего мужа» могут вызвать неверное понимание, а то и соблазн в среде верующих, что лишь повредит положению священника.

Источник: Настольная книга священнослужителя. — Москва : Моск. патриархия, 1977. — 22 см. / Т. 8: Пастырское богословие. — 1988. — 800 с.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector